(«Военная страда» Оперативного Штаба А. Розенберга).

Разрушения, произведенные в ходе Второй мировой войны, в основном изучены и широко обнародованы. До сих пор уточняется количество погибших солдат и мирных жителей. Архивные исследования ведутся постоянно. Полка опубликованных книг и монографий постоянно пополняется. Устранению пробелов неизвестных страниц военного лихолетья ныне способствует недавнее рассекречивание закрытой информации. К сожалению, усилия российских специалистов по воссозданию картины ограбления культуры России не назовешь достаточными и успешными. А между тем, такого жестокого и циничного вывоза музейных, церковных и книжных собраний российская история еще не знала. Проблема вывоза, послевоенного поиска и возвращения культурных ценностей в нашей и зарубежной историографии исследовалась фрагментарно. Серьёзных работ, касающихся темы пропавших предметов культуры, до сих пор не появилось.

С конца 1990-х гг. Министерство культуры Российской Федерации издает многотомный «Сводный каталог культурных ценностей России, похищенных и утраченных в период Второй мировой войны» (далее – «Сводный каталог»)». Работа над уникальным изданием потребовала немалых усилий музейщиков, архивистов, историков и волонтеров по розыску архивных документов об утраченных во время войны культурных ценностях.

Основные списки потерь удалось обнаружить в Государственном архиве Российской Федерации (ГАРФ). Здесь хранятся фонды Международного военного трибунала в Нюрнберге, Чрезвычайной государственной комиссии по установлению и расследованию нацистских преступлений, Комитета по делам культурно-просветительских учреждений.

Некоторые свидетельства об уроне, нанесённом в результате военных действий и преступных акций нацистов в зоне оккупации, были получены в Российском государственном архиве литературы и искусства (РГАЛИ). Здесь отыскались документы, отражающие обстоятельства эвакуации музеев и галерей в тыл и послевоенного их восстановления.

Комплекс разрозненных документов об ограблении нацистами пригородных императорских дворцов под Ленинградом был найден в Центральном государственном архиве литературы и искусства Санкт-Петербурга (ЦГАЛИ СПб).

Группа документов, относящихся к «военной» судьбе культурных ценностей, была выявлена в Российском государственном архиве социально-политической истории (РГАСПИ), Российском государственном архиве экономике (РГАЭ), Архиве внешней торговли РФ (АВТ РФ), Российском государственном военном архиве (РГВА).

Волонтеры «Сводного каталога» изучили фонды 14 центральных и ведомственных архивохранилищ.

Большую ценность для составителей «Сводного каталога» представили хранящиеся в Центральном государственном архиве высших органов власти и управления Украины, (ЦГАВОУ, ф.3676) трофейные документы Оперативного Штаба рейхсляйтера Розенберга (ОШР).

Ранее недоступные и рассекреченные в 1990-х гг. материалы Штаба с предельной достоверностью характеризуют размах реквизиций российской культурной собственности в период нацистской оккупации.

Копии указов фюрера, директивных писем Геринга, Бормана и других руководителей рейха, касающихся организации и необходимости поддержки деятельности Штаба всеми структурами вермахта и партии, определяют цели создания и сферу его полномочий. Секретные директивы, распоряжения, служебные инструкции, донесения о результатах обследования культурных центров, конфискации и вывоза на территорию Германии культурных ценностей из Новгорода и Пскова, Смоленска, Воронежа и Курска и других центров России позволяют раскрыть масштаб и механизм деятельности ОШР.

Приказом фюрера рейхсляйтером Имперского министерства по делам оккупированных восточных территорий в начале 1940 года был назначен Альфред Розенберг. Среди служб, подчиненных лично ему, едва ли не самое важное место занимал Оперативный штаб, специальные подразделения которого были мобилизованы и подготовлены за 2 месяца до нападения нацистской Германии на Советский Союз. С момента своего создания в Штабе разрабатывались планы обследования культурных учреждений, отбора и перемещения исторического и культурного достояния России на территорию рейха. Следует иметь в виду, что акции по вывозу культурных ценностей официально не провозглашались главной задачей ОШР. Уверенность в победоносном для себя исходе позволяла на начальном этапе войны сосредоточиться на борьбе с «мировоззренческими противниками» национал-социализма. Собранные книги, архивы, музейные экспонаты предполагалось использовать как исходный материал для проведения «исследовательской» и пропагандистской работы. По мнению Розенберга, эту задачу должна решить созданная «Восточная библиотека» с отделениями в Киеве и Риге, где аккумулировались материалы, позволяющие получить необходимые сведения о культурном и политическом развитии советского общества при большевизме.

На деле, однако, Оперативный штаб осуществлял наравне с другими службами рейха открытое ограбление культурного богатства на оккупированных территориях. Многочисленные трофейные документы рассказывают о крупномасштабном изъятии культурных ценностей и вывозе их из музеев, архивов и библиотек. Если в периоды успехов вермахта речь во многих случаях действительно шла о каталогизации, взятии на учет, перебазировании изъятого в хранилища, то в условиях дестабилизации ситуации на фронтах, приближения зоны боевых действий, основные силы штаба концентрировались на отправке ценностей в Германию.

Специалисты ОШР проводили свои мероприятия во взаимодействии с подразделениями вермахта, т.е. и в условиях прифронтовой зоны.

Под жестким контролем берлинского руководства Штаба, его команды орудовали почти на всей захваченной вермахтом территории СССР. Наиболее мобильные и компактные подразделения Штаба подчинялись двум Главным рабочим группам (ГРГ), которые базировались в Риге (ГРГ «Остланд») и в Киеве (ГРГ «Украина»). Таким образом, перемещение культурных ценностей в рейх осуществлялось двумя потоками – из северо-западных, центральных и юго-западных регионов России.

Оперативными действиями по отбору «достойного» материала сотрудники Штаба были заняты повседневно. За ними были закреплены захваченные регионы. Группы ОШР «Псков», «Новгород», «Смоленск», «Ростов», «Курск» и т.д. действовали во всех культурных центрах России.

К оценке подлежащего вывозу исторического и культурного достояния привлекались квалифицированные специалисты, которые приезжали из Германии для решения «конкретных» вопросов.

Кроме этого, в рамках Штаба создавались зондерштабы: «Изобразительное искусство», «Библиотеки», «Архивы», «Древняя и ранняя история», «Музыка» и др. В их составе преобладали наиболее компетентные эксперты. Оперативный штаб представлял собой весьма мобильную и гибкую структуру, способную «не только собрать и сохранить все коллекции» на захваченных землях России, но и «сберечь в первую очередь работы германских мастеров».

Для хранения конфискованного имущества были организованы сборные пункты в Риге, Пскове, Вильнюсе, Кенигсберге, Киеве.

В частности, сборный пункт, размещенный в Поганкиных палатах в Пскове, непрерывно пополнялся художественными и историческими ценностями из Новгорода, Тихвина, из императорских дворцов окрестностей Ленинграда. Нежелательный для нацистов поворот в развитии войны вынудил их начать массовое перемещение содержимого сборных пунктов на запад. Согласно отчетам, на рижских складах Оперативного штаба к отправке в Германию были подготовлены вагоны для грузов с фарфором, мебелью, предметами художественных ремесел, произведениями древнерусского искусства из церквей и музеев. Здесь же осуществлялась частичная каталогизация материала. По заключению экспертов штаба, конфискованные «иконы чрезвычайно ценные, особенно из иконостасов новгородских церквей. Они относятся к ХIV-ХVI вв. Эти иконы можно считать одними из лучших культурных ценностей, полученных в России».

Кроме икон Новгородского Софийского собора в Ригу были доставлены царский и патриарший троны той же эпохи, паникадило Бориса Годунова. Готовились к отправке редчайшие издания и рукописи ХVII-ХVIII вв.. В пакгаузах рижских хранилищ сортировали, оценивали и загружали в маркированные ящики богатейшее убранство царских покоев из Павловского дворца: мебель гобелены, паркет, книги из библиотеки Петра I, собрание античных монет. Из Петергофа прибыло 34 тысячи экспонатов, среди них 4.950 предметов мебели русской и западноевропейской работы ХVIII-ХIХ вв., фарфор той же эпохи, статуи, картины, собрания библиотек.

В Ригу была привезена сохранявшаяся в Пскове под надзором полевой комендатуры православная святыня – чудотворная икона «Тихвинская богоматерь». Захваченная в монастырском соборе в Тихвине, икона ежедневно выдавалась верующим прихожанам для отправления церковных служб. При отступлении святыню сопроводили в Ригу. Она обнаружена в Чикаго (США). Архивные источники свидетельствуют, что культурно-художественные ценности великолепных архитектурных ансамблей царских дворцов вывозились в основном «неподконтрольными» ведомствами. Особенно в этом преуспел Уполномоченный войсковой группы армий «Север» ротмистр граф Сольмс, бывший до войны директором Музея декоративно-прикладного искусства во Франкурте-на-Майне. Именно под его руководством была демонтирована, упакована в 29 ящиков и отправлена в Кёнигсберг Янтарная комната. В январе 1942 года на всю Германию было объявлено, что уникальное янтарное сокровище, спасенное германскими солдатами, пополнило фонды Кенигсбергского музея. В отчете специалистов ОШР отмечается, что бесценные вещи царских дворцов отправлялись на сборные пункты без должного учета. Более 60 лет спустя выяснилось: этим воспользовался унтер – офицер из команды Сольмса Ахтерман. Он безнаказанно похитил одну из 4-х мозаик янтарного шедевра. Мозаику удалось в 2003 году обнаружить в Бремене.

Люди неутомимого ротмистра провели основные акции по изъятию ценностей из Екатерининского и других царских дворцов еще до зимы 1941 года.

Оставшиеся после набегов Сольмса и различных неконтролируемых служб предметы Екатерининского дворца были взяты под охрану местной командой СД и подразделений войск СС.

В ходе инспекции императорских дворцов эксперты Штаба в своих отчетах сообщали, что «дворцы в Стрельне и Петергофе выгорели», «граф Сольмс вывез коллекцию фарфора», «больше спасать нечего». К маю 1942 года вывоз «достойных» предметов искусства был завершен. Эксперты зафиксировали: «В Гатчине ничего не осталось».

В документах штаба сообщается о вывозе знаменитого Готторпского глобуса из Адмиралтейства Царского Села. Внутренняя поверхность глобуса, подаренного Петру III датским королем в 1713 году, представляла собой звездное небо и вращалась в соответствии с движением земного шара. В миниатюрный планетарий вмещались 12 человек, которые могли наблюдать расположение небесных тел на его внутренней поверхности. Глобус был оперативно демонтирован и отправлен в Ригу. Нацистская пресса сообщала: «благодаря борьбе наших солдат это уникальное произведение искусства наконец-то взято и будет привезено обратно в свою старую обитель в Готторпе». Найден в английской зоне оккупации Германии.

По предложению экспертов демонтировали и отправили в Нюрнберг скульптурную композицию «Нептун», один из знаменитых фонтанов Петергофа. «Нептун» был приобретен в Германии будущим российским императором Павлом I свыше 200 лет назад. Многочисленные ящики, в которых была упакована композиция знаменитого фонтана, разместили в подземных катакомбах под Нюрнбергом. Здесь фонтан по окончании войны был обнаружен американскими поисковиками.

Многочисленные портреты Екатерины II, доставленные из императорских дворцов, планировалось разместить в замковом музее в Цербсте, на «малой» родине императрицы.

Из Павловского парка были вывезены скульптурные произведения, изготовленные по копиям западных мастеров. Удалось в 2006 году вернуть из Австрии оказавшуюся в частном владении знаменитую копию Джамболоньи «Летящий Меркурий». Судьба 12 бронзовых бюстов, мраморных статуй «Лето», «Венера», «Актеон», «Амур» и других остается неизвестной.

В окрестностях Ленинграда в боевой готовности находилась рота войск СС Министерства иностранных дел численностью в 300 человек. В случае падения города они должны были приступить к немедленному изъятию политического документального материала. Рота, укрепленная 40 специалистами, имела на руках каталоги музейных сокровищ, необходимые сведения о местах нахождения и фондовом потенциале культурных и научных учреждений северной столицы России. «Обработке» подлежали Эрмитаж, Центральный военно-морской музей, Малый драматический театр, издательство «Искусство», хранилища библиотеки Кировского завода и т.д. На немецких картах Эрмитаж был выделен как объект № 9.

Сотрудники ОШР стремились поддерживать контакты с подразделениями ведомств, рассчитывающих на свою долю трофейных ценностей. Отделы и звенья пропаганды, экономическая инспекция вермахта, службы СС и СД, отряд Министерства иностранных дел под командованием барона Кюнсберга и другие «неконтролируемые» команды «обследовали» культурные учреждения в поисках «подходящего материала». Рейхсляйтеру Розенбергу удалось совместно с Верховным командованием вермахта подготовить и издать специальную инструкцию. Она обязывала командующих армиями оказывать сотрудникам ОШР помощь в конфискации и вывозе предметов искусства и культуры из оккупированных районов.

Складские помещения в Риге к маю 1944 года оказались переполненными. Архивные и музейные фонды было решено разместить в Бенедектинском монастыре в Вильнюсе. Там разгрузили 4 вагона смоленского партийного архива, имущество музея Тенешевой, 6 вагонов русского архива из Смоленска и Витебска. Ожидали прибытия 40 вагонов с административными документами из Витебска.

Документальные материалы, вывезенные из различных учреждений и церквей Новгорода и дворцов Гатчины, Штаб передал на хранение в Государственный архив Риги.

Сотрудники ОШР скрупулезно фиксировали и докладывали руководству о мародерстве и «незаконном» приобретении немецкими офицерами за символическую цену музейных ценностей в Пскове. Были установлены факты хищения из сборного пункта всех ценных икон-миниатюр и фарфора, произвольного изъятии икон из Золотой часовни, присвоения и отправки в Германию майором Хоппе 30 икон и т.д.. В одном из отчетов сообщается, что «советский музей пропаганды» в Новгороде уничтожен немецкими солдатами.

По инициативе Розенберга Имперское министерство по делам оккупированных восточных территорий совместно с ОШР в марте 1942 года провело в Берлине семинар с участием представителей служб, заинтересованных в конфискации культурных ценностей. Доклады немецких ученых, руководящих работников министерства и ОШР по вопросам установления нового порядка и культурного строительства на Востоке, распространялись под грифом «для служебного пользования».

В сентябре 1943 года берлинская резиденция ОШР «в связи с угрозой воздушных нападений» перебазирована с «обширным материалом и сотрудниками» на территорию Польши – в Ратибор.

В августе 1944 года А.Розенберг потребовал от руководства ОШР «отчет о возможности эвакуации художественных ценностей из восточных областей». На основании отчета он подтвердил, что значительные художественные ценности России должны быть вывезены на территорию Германии. Эвакуация предметов культуры и истории на базы ГРГ в Риге и Киеве приобрела характер поспешного бегства с награбленным имуществом. Темпы диктовала быстро меняющаяся фронтовая обстановка и неумолимый откат вермахта к западным границам Советского Союза. Теперь, при нарастающей организационной неразберихе, ломающейся схемы взаимодействия, активизировали массовый вывоз ценностей «неконтролируемые» службы разных ведомств, избегающие предписанных «сверху» консультаций с представителями Штаба. Два железнодорожных вагона с иконами и другими ценностями были безвозвратно потеряны по дороге из Пскова в Ригу. На допросе 14 января 1946 года Розенберг сказал, что собранные его подчиненными книги, разнообразные предметы, имеющие культурную ценность, не переходили в частную собственность, а являлись объектами, принадлежавшими враждебным организациям, воюющих против Германии. И выражал мнение, что евреев надо было не уничтожать, а выслать на остров Мадагаскар. По документам Штаба и личному архиву искателя Янтарной комнаты Георга Штайна установлен редкий случай, когда Оперативный Штаб взял под свою ответственность сохранение сокровищ Псково-Печерского монастыря по согласованию с его «отцами». Дорогие облачения, древние иконы с бесценными окладами и многое другое были переданы под охрану ОШР. Сокровища монастыря были обнаружены Г. Штайном в одном из музеев икон в Германии и возвращены в полном порядке в 1973 году стараниями немецкого искателя.

Обработка и вывоз культурно-художественных ценностей из южных российских городов проводились подразделениями ГРГ «Украина», с базой в Киеве. На Центральное хранилище ГРГ железнодорожными вагонами и на грузовиках прибывали книги и музейные экспонаты из Воронежа и Курска, Ростова, Краснодара, Орла. Поскольку оккупированные области России, находящиеся к востоку от Украины, вермахт не спешил передавать под гражданское управление Министерства по восточным территориям, команды штаба вынуждены были действовать в прифронтовой зоне. А это означало, что все свои акции подчиненные рейхсляйтера Розенберга должны были согласовывать с ответственными армейскими офицерами.

Однако в зону военных действий на подступах к Москве специалистам Штаба командование вермахта дорогу перекрыло. Спрятанные музейщиками в специально оборудованных тайниках ценности Истринского музея частично сохранились. А вот тайники со старинными рукописями, книгами, церковной утварью, иконами, образцами русских и западных тканей, фарфором, скульптурами, подсвечниками, оборудованные в Воскресенском соборе, погибли. 10 декабря 1941 года оккупанты, за день до своего отступления, взорвали грандиозный Воскресенский собор.

Рухнули шатер ротонды, глава храма и его колокольня, сгорела деревянная часовня и деревянный золоченый иконостас с древней живописью, взрывами уничтожены башни и надвратная церковь. Ссожены Вифлеемская церковь, палаты, помещения музея подсобные здания. Под обломками собора погибли и тайники со всем своим содержимым.

Сотрудники ОШР с усиленной энергией взялись за «разбор» музеев и библиотек на захваченных вермахтом землях. К этому времени по инициативе А.Розенберга в рейхе были созданы две большие библиотеки имперского значения – Восточная и библиотека Высшей школы (элитарного партийного университета). Формируемые научные центры и их многочисленные филиалы энергично пополнялись ценными фондами музейных раритетов и российских библиотек. Дирекция центральной библиотеки Высшей школы разработала методику обработки конфискованных книг. При их каталогизации учитывались свыше 27 рубрик.

Главный интерес - общая литература, религия, философия. Высшая школа охотно принимала литературу по проблемам права, политики, военной истории, медицины, математики и естествознания.

Избыток «большевистской литературы» уничтожался по месту обнаружения. Осенью 1942 года в Ростове-на-Дону книжные фонды библиотек, находившихся под контролем ОШР, были выброшены войсками во дворы, на улицы и в помойные ямы.

В январе 1943 года из коллекции Ростовского художественного музея были взяты копии полотен Рубенса, Йорданса, картины Верещагина, Коровина, Крамского, Шишкина, Айвазовского. Они были упакованы в ящики и вывезены на сборный пункт в Киеве. За время полугодовой оккупации Воронежской области 1942-43 гг. было уничтожено 24 библиотеки (975 тыс. книг). В Краснодарском крае серьезно пострадал художественный музей, утративший за время оккупации 549 экспонатов; было разграблено 66 библиотек, больше сотни библиотек было уничтожено и разграблено в Орловской области. 137 библиотек с фондом 1 млн. 160 тысяч томов и коллекции краеведческого музея потеряла Брянская область. В библиотеках Курской области, имевших до оккупации 1 млн. 355 тысяч томов, к октябрю 1943 г. осталось всего 280 тысяч книг. Музейщики Курска для наиболее ценных экспонатов соорудили два тайника в подвальных помещениях бывшего Сергиевского собора, где до войны размещался музей. Однако главный тайник кто-то выдал. Все 532 экспоната – картины, редкий старинный фарфор и фаянс, хрусталь, серебряная посуда – были реализованы путем распродажи. Ценности достались офицерским чинам вермахта.

Из Курска вывезли 84 произведения областной картинной галереи: живопись русской, французской, голландской, фламандской школ, графику.

На вывозе музейного имущества и книжных собраний сосредоточились и «неконтролируемые» службы, особенно вермахта и МИДа. Наиболее ценные предметы и книги направлялись ими в Военный архив в Потсдаме. Туда же отгружали документы по истории дореволюционной России, захваченных в Петергофе и других центрах и библиотеках.

По согласованию с руководством вермахта, из Берлина в Орел прибыла целая комиссия по изучению обнаруженных в фондах и тайниках музеев, библиотек и архивов ценностей. Из библиотеки архива были изъяты 14 ценных раритетов религиозного содержания, на немецком и латинском языках, а также подлинная, написанная на пергамене грамота Екатерины II. Орловским областным краеведческим музеем, библиотеками города и областным архивом безвозвратно утрачено немалое количество экспонатов, книжных собраний и ценных документов. Оставшийся после «изучения» архив нацисты «приговорили» к уничтожению. Советским саперам после освобождения Орла понадобилось 9 дней на разминирование здания архива.

В конце 1942 года на склады сборного пункта ГРГ «Украина» войсковое управление № 206 при участии венгерских солдат вывезли часть культурных ценностей Воронежской области и архивные материалы фондов губернского исполнительного комитета, революционного трибунала, а также описания церковного имущества.

В адрес Военного архива в Данциге стабильно поступали советские документы. Сюда привезли документацию 75-ти соединений Красной Армии. Среди них - материалы ряда военкоматов, санатория РККА в Кисловодске, некоторых частей и учреждений НКВД. В распоряжении германского архива оказались учебные материалы Академии Генерального штаба Красной Армии, Академии имени М.В.Фрунзе за 1938-41 гг. и других важных военных объектов.

Следует отметить, что от оккупационных властей не отставали союзники гитлеровской Германии. Так, солдаты испанской «Голубой дивизии» вскрыли находившуюся под контролем ОШР часовню на территории Новгородского кремля и похитили оттуда все иконы-миниатюры. Бравые испанцы ухитрились переправить на родину крест Софийского собора. Венгерские каратели вывезли 3.821 экспонат из Острогожской картинной галереи, основанной по инициативе выдающегося художника Крамского. В числе ценностей – бронзовая скульптура П.Клодта «Павшая лошадь с волком», 4 картины Крамского: «Распятый Христос на кресте», «Ангел смерти», «Ангел со свечой», «Портрет жены», 2.000 великокняжеских монет и т.д.

Масштабные изъятия культурных ценностей на Северном Кавказе проводились командой ОШР «Кавказ».

Архивные источники показывают, что сотрудники этой особой команды осмотрели и конфисковали библиотеку краеведческого музея в Майкопе. Провели обыски помещений Краснодарского краеведческого музея, обнаружили под полом тайники с экспонатами, которые тут же были конфискованы. Объектами уничтожения и разграбления стали культурные ценности Воронежа. В частности, уникальная по своему составу библиотека Воронежского университета привлекла особое внимание штаба и вместе с книгами областной библиотеки была отправлена в Курск, подальше от боевых действий. Часть изданий, отобранных для центральной библиотеки Высшей школы, направлялась непосредственно на склады ГРГ в Киев. Особый интерес, проявленный сотрудниками ОШР к библиотеке Воронежского университета, требует некоторых пояснений.

В период Первой мировой войны (1915 г.), опасаясь захвата Прибалтики немецкими войсками, часть библиотеки Дерптского (ныне Тартусского) университета (Эстония), по прямому указанию российского императора была эвакуирована.

Некогда приобретенная на средства пожертвований русских ученых и научных учреждений России, библиотека с уникальными изданиями ХVI –ХVIII вв. была в конце концов передана в распоряжение Воронежского университета. В 1920 году, учитывая требования эстонского правительства, советские власти решили возвратить имущество, архивы и книги Дерптского университета. Нарком просвещения А.Луначарский обратился с письмом к В.И.Ленину. Он извещал, что 400 тыс. томов, которые предлагается возвратить в Дерпт, являются коллекцией русских изданий. Народный комиссар просвещения выразил протест по поводу их полного возвращения. В результате было решено передать Эстонии основную часть книжных собраний, сохранив за Россией право на приобретение некоторых комплексов книг. С представителями Дерптского университета, прибывшими в Воронеж, было заключено соглашение об отборе и покупке части книг для Воронежа, в том числе редких изданий и рукописей эпохи Екатерины II.

Именно на эту, законно приобретенную часть библиотеки Воронежского университета, обратил особое внимание Оперативного штаба его сотрудник д-р Ней. Он некогда служил в Дерптском университете и доподлинно знал историю книжной коллекции. Руководству ОШР представилась возможность восстановить историческую «справедливость». В апреле 1943 года с помпой, при широком привлечении прессы, первую партию – 2.986 томов, доставленных из Воронежа – представители германского руководства и Оперативного штаба торжественно передали эстонским властям. В качестве, очевидно, презента Дерптский университет получил дополнительно еще 1.834 книги разного происхождения. «Подарок» от нацистов принимал директор университетской библиотеки г-н Пуксоо, участник возвращения книг в 1920 году, находился в Воронеже в составе рабочей делегации. Интересно, в послевоенное время в Ботаническом музее Берлина были найдены перемещенные в 1943 году специалистами ОШР гербарии Дерптского университета.

За время боевых действий и оккупации Воронежа нацисты сожгли городскую публичную библиотеку, Музей изобразительных искусств (утрачено 1.485 экспонатов), Музей революции. Основательно был разрушен историко-краеведческий музей, расхищены ценные экспонаты. Здание Воронежского университета было взорвано, полностью разрушены и уничтожены ценные фонды университетской библиотеки общим количеством до полумиллиона томов.

Культурные ценности из Таганрогского городского музея в августе 1942 года вывезла армейская рота пропаганды VI.

Старинная золотая, серебряная, фарфоровая посуда, иконы (среди них 2 списка Казанской Божией матери), полотна Айвазовского, Брюллова, Редерса, бокалы из фиолетового стекла с портретом Николая I и т.д. были перемещены в неизвестном направлении. Сотрудники ведомства Розенберга затеяли переписку с различными инстанциями вермахта, пытаясь отыскать следы вывезенного из Таганрога. В результате длительных поисков было установлено, что музейное имущество хранится на складе трофейных предметов Главного командования сухопутных войск в Бреслау. По согласованию с военным руководством «трофеи» из Таганрога удалось направить на склад Оперативного Штаба в Сализианском монастыре, в Бугхайме.В Таганроге за попытку спасти некоторые произведения музея был расстрелян гестаповцами его сотрудник В.М.Базилевич.

Некоторые неудобства в получении нужной информации о ценностях сотрудники ОШР испытывали из-за того, что их коричневая партийная форма в среде военных вызывала недоверие. Приходилось менять свою форму, облачаясь в серую, военную.

К октябрю 1943 года Киев был охвачен пожарами, немецкие войска спешно покидали город. Сотрудники Штаба Розенберга беззаветно трудились, загружая вагоны содержимым сборного хранилища. Сотни ящиков с «большевистскими» картинами, документами и архивами, собранные в процессе конфискации, отправлялись в сторону Кракова. Оставшиеся вещи пришлось кинуть на попечение пехотной дивизии. Руководству докладывали, что сотрудники продолжали героически трудиться в Киеве, пока армейские не предупредили, что их «выкурят из конторы» бомбежкой. Результаты были ободряющие: «советские войска по прибытии не найдут в городе ничего ценного».

Отечественные историки оставили действия немецких оккупационных властей по отношению к российским культурным ценностям за пределами своего внимания. В течение 90-х годов приоритетной темой жарких дискуссий были события, связанные с послевоенным перемещением произведений искусства из поверженной Германии на территорию Советского Союза. А между тем, немалый корпус трофейных документов относительно деятельности Оперативного штаба Розенберга остается невостребованным. До сих пор во многих работах, посвященных Великой Отечественной войне, эта организация только упоминается. Но подробного монографического исследования о ней нет.

Отдельную обзорную главу о действиях команд ОШР на оккупированной территории России посвятила Маргарита Зинич в своей монографии «Похищенные сокровища: вывоз нацистами российских культурных ценностей» (М. 2005, изд. Института российской истории РАН).

Часть учетной картотеки штаба на объекты российской культуры обнаружена в фондах Российского государственного Военного архива. Материалы опубликованы М.Бойцовым и Т.Васильевой в книге «Картотека «Z» Оперативного штаба «Рейхслейтер Розенберг». (Изд. МГУ, 1998).

В 2010 году Московский государственный университет культуры и искусств издал монографию доктора исторических наук А.Мазурицкого «Вторая мировая война и книжные утраты России и Германии». В этой работе на основе документальных свидетельств показано перемещение книжных собраний с Востока на Запад и с Запада на Восток. В книге приводятся многочисленные примеры массового изъятия музейных и библиотечных собраний книг Штабом Розенберга.

В указанных исторических работах события, связанные с конфискацией, уничтожением и вывозом за пределы России культурных ценностей, рассматриваются с соблюдением принципа историзма, без какого-либо учета меняющейся политической конъюнктуры, с пониманием сложных проблем реституции.

Губительный и циничный характер перемещения нацистами культурных ценностей оккупированных стран Европы и захваченных районов России представлен в фундаментальной книге Линн Николас «Похищение Европы», переведенной с английского, М., «Логос», 2001.

Подробно показана деятельность особой команды Кюнсберга в книге немецкого исследователя Ульрики Хартунг «Raubzuge in der Sowjetunion. Das Sonderkommando Kunsberg. 1941-1943» . Bremen, 1997.

Мы – составители «Сводного каталога» - выражаем искреннюю признательность дружной команде профессора Восточного института Бременского университета Вольфганга Айхведе за поддержку и помощь при подготовке нашего проекта.

В отечественных и зарубежных архивохранилищах продолжают трудиться немногочисленные подвижники, занимаясь поиском и систематизацией непростых проблем реституции культурных ценностей. К сожалению, наша российская историография, даже избавившись от многолетнего груза секретности, этой сфере не уделяет должного внимания. Но при содействии специалистов Министерства культуры РФ научные сотрудники пострадавших в годы войны музеев сумели-таки подготовить и продолжают издавать многотомный «Сводный каталог культурных ценностей России, похищенных и утраченных в годы Второй мировой войны». Материалы, найденные составителями каталога в отечественных и зарубежных архивохранилищах, позволили воссоздать историю «военной судьбы» части музейных и книжных ценностей, оставшихся на оккупированной территории России.

Н.И. Никандров
Координатор «Сводного каталога»,
заслуженный работник культуры РФ
24 января 2012 года


Никандров Н.И.

Возврат к списку


© 2006—2019 Разработка и поддержка: ГИВЦ Минкультуры России