17 сентября 1941 года части вермахта заняли Царское Село (г. Пушкин), 23 сентября – Петергоф. Для проведения инспекции императорских дворцов берлинское руководство Оперативного Штаба Розенберга спешно формирует рабочую группу «Ингерманланд». Экспертов подбирали из числа уважаемых специалистов, среди которых были директора музеев и архивов, авторитетные университетские профессора. Эксперты группы – д-ра Вундер, Штёве, Пастор и фон Крузенштерн - были переброшены в Ригу, а оттуда на станцию Сиверская, где находился штаб войсковой группы «Норд». Предварительные обследования показали: эксперты Штаба Розенберга опоздали. Группе предписывалось заняться оценкой и инвентаризацией находящихся во дворцах и парках ценностей. (1) д. 148, л. 1-4, Отчет группы «Ингермланд» «Осовременном состоянии царских дворцов.

По прибытии на место они убедились, что многое из дворцового имущества уже вывезено армейской командой уполномоченного по культурным ценностям войсковой группы «Норд» ротмистра графа Сольмса. До войны он был директором исторического музея во Франкфурте-на-Майне и действовал по поручению командующего группой войск «Норд» Кюхлера.

В окрестностях Ленинграда также активно действовало и специальное подразделение СС под командованием штурмбанфюрера барона Кюнсберга. В его распоряжении были первоклассные специалисты, грузовики и рота эсэсовцев. Отряду барона ставилась задача изъятия в Ленинграде и Москве документов политического характера. Однако Кюнсберг в деле конфискации культурных ценностей действует по-своему – прикрываясь интересами и мандатом Штаба Розенберга. Опоздавшие на 2 месяца эксперты Оперативного штаба выяснили, что люди Сольмса, в нарушение установленного порядка, без должного учета грузов, без санкции и уведомления Штаба Розенберга, главные ценности дворцов отправили то ли в Ригу, то ли в Кёнигсберг.

Среди отправленных объектов - демонтированный Янтарный кабинет. Его фрагменты, - отметили эксперты в своей картотеке, - «в настоящее время находятся в художественных собраниях Кёнигсбергского дворца».

Специалисты «Ингерманланда» отмечали, что «Большой дворец в Петергофе со своим внутренним убранством полностью сгорел от обстрела. Лучше сохранились здания флигелей и кавалерийских корпусов, но их внутреннее убранство тоже уничтожено». Тем не менее, «в парке – между фонтаном и дворцовой часовней - все ещё лежит закопанным ящик с произведениями искусства. В гроте под садовой террасой припрятана коллекция фарфора…. Фонтан Нептуна не защищен». В ходе обследования объектов Петергофа, появляются записи: «Здание и ценные внутренние украшения дворца Монплезир не повреждены, если не считать одного попадания снаряда. Убранство полностью разорено и уничтожено. Церковь св. Александра Невского, построенная в 1832 году и относящаяся к числу значительнейших архитектурных творений немецких художников на русской земле, не повреждена, за исключением нескольких икон. Интересное русское православное убранство, которое сохранялось в музее атеизма, повреждено основательно: сильнее всего пострадали картины в иконостасе, которые предположительно написаны Неффом».

Наметанный глаз профессионалов «Ингерманланда» прежде всего схватывал то, что подлежало вывозу в рейх.В часовне обнаружено множество икон. Самые ценные будут отправлены на сборный пункт в Ригу. Там продолжится селекция. И «самые-самые» будут удостоены вывоза на территорию рейха. Часть сокровищ, отобранных командой Сольмса в императорских дворцах, размещаются «навалом» в Паганкиных палатах Пскова. Роскошные дворцовые стулья и кресла, картины, ковры, серебро из петергофского дворца украшают интерьер офицерского клуба при штабе 38 армии. По мнению экспертов, боевые части немцев имеют на это традиционное право.

В документах группы появляется запись: «бесценное собрание бронзовых и мраморных статуй в античном стиле закопаны большевиками в парке».

Засвидетельствованы и факты откровенного грабежа музейно-дворцового имущества. Так, некий лейтенант Шмекель увез к себе в Берлин из Петергофа много ценных предметов искусства, преимущественно икон. Только после многократных требований он передал командованию дивизии список украденных предметов.

Уязвленные эксперты Штаба Розенберга констатировали, что расхищены многие картины и другие предметы искусства, а из дворцовой часовни солдаты «взяли» около тысячи икон. В своих отчетах эксперты избегают акцентировать внимание высокого руководства на успехах конкурентов. Уже не упоминаются факты изъятия из Павловского дворца библиотеки и уникального собрания античных гемм - работа конкурентной группы Ваффен СС Кюнсберга. Эта команда самоуверенных эсэсовцев действует под прикрытием Министерства иностранных дел, но выполняет приказы шефа СС Гиммлера. Вскользь сообщается о вывозе из Гатчинского дворца «400 портретов личностей немецкого происхождения». Возможно, граф Сольмс передаст эту коллекцию на хранение Имперскому комиссариату. В Берлин эксперты докладывают: Сольмс успел-таки «отправить 5 вагонов с ценными картинами, дворцовой мебелью и Янтарной комнатой». Какие именно ценности были вывезены, экспертам узнать не удалось. Такие варианты «оперативного вывоза» предусмотрены руководством: содержимое не установленного на месте имущества придется идентифицировать позднее, в спокойной обстановке после победного окончания войны с большевиками.

Достоверных сведений о «базах размещения вывезенных ценностей» группе получить не удается, поскольку Сольмс от контактов с людьми Розенберга демонстративно уклоняется. Возникает настоятельная необходимость в установлении и поддержании делового взаимодействия с отделами и звеньями, которые занимаются аналогичным вывозом музейного имущества по линии вермахта, МИДа, СС и СД. (2)

Официальная линия Оперативного Штаба регулировалась распоряжениями рейхсляйтера Розенберга, возглавляющего Министерство по оккупированным восточным территориям. Сотрудникам и экспертам Штаба предписывалось на территориях СССР обследовать «всякого рода культурные учреждения» и конфисковывать «подходящий материал». Некоторые культурные ценности рекомендовалось «укрывать» и «брать под охрану», чтобы не допустить их уничтожения или повреждения.

Ленинград и дворцы его окрестностей для специалистов от культуры представляли исключительный интерес. Розенберг распорядился срочно запустить машину по формированию передовой команды «Петербург». Ей предстояло заняться настоящей работой после скорого падения северной столицы. Чтоб не упустить момент и опередить конкурентов, команда должна находиться как можно ближе к линии фронта. Чтобы при захвате города пометить как можно больше «нужных» Штабу объектов специальными трофейными знаками. Начиная с Академии наук, кончая библиотекой Кировского завода.

На основе «предварительных исследований» была составлена обзорная картотека (с указанием не только адресов, но и телефонов) на учебные и научные заведения, театры, музеи и другие учреждения северной русской столицы. В состав передовой команды включили до 300 человек. Кроме этого, предусматривалось прибытие до 40 высококлассных научных экспертов. Они должны определять те объекты и ценности, которые заслуживали срочной отправки в рейх. Объектом обследования под № 9 значился Эрмитаж. Далее следовали «объекты» Центрального военно-морского музея, Малого драматического театра, издательства «Искусство»…

Под контроль германских властей, согласно предписаниям Министерства по оккупированным территориям, переходили наиболее ценные предметы и «произведения местной культуры».

Предпочтение отдавалось предметам, которые были изготовлены проживавшими в России немцами. Исключительное внимание экспертов привлекали «свидетельства германо-немецкого влияния на культуры местных народов».Эксперты Штаба, совершавшие «инспекторский вояж», в разрушенном Павловском дворце обнаружили находящихся без всякого присмотра свыше 10.000 томов книг. В Гатчинском дворце - остатки уже разграбленной и никем не охраняемой библиотеки – 16.000 томов.

«Больше здесь спасать нечего», - сожалеют эксперты. В Петергофе уцелел фонтан «Нептун». Но он «совершенно не защищен от вражеских обстрелов….»(3). Эксперты Штаба Розенберга в какой-то мере были правы. По свидетельству газеты «Нью-Йорк Геральд Трибюн», Петергоф после освобождения Красной Армией предстал совершенно опустошенным.

«Теперь, когда бои закончились, в окрестностях стоит тишина. Но она не мирная, а мертвая, - сообщалось в газете. И далее: «Кирпичные здания, мраморные замки с гранитными башнями сровнены с землей либо превращены в раздолбленные груды обломков и мусора…

Петергоф полностью исчез с лица Земли. Он даже не город-призрак, как Киев, Харьков, Орел или Курск… это пустыня с торчащими обломками, с лица которой было сметено, возможно, самое утонченное и радостное искусство, когда-либо сотворенное человеком». 4 (Цитируетсяпо книге Линн Николас «Похищение Европы», перевод с английского, М. «ЛОГОС», 2001, л. 293).

А сейчас, в декабре 1941 года, эксперты Оперативного Штаба Розенберга решают судьбу Нептуна.

По их мнению, его естественное местонахождение – город партийных съездов Нюрнберг.

Для специалистов Штаба Розенберга история скульптурной группы «Нептун» - главный аргумент при решении вопроса его последующего нахождения. Это есть созданное в 1660 году творение немецких мастеров. На пьедестале фигуры Нептуна четко просматриваются щиты с гербами вольного города Нюрнберга. Именно для его центральной площади фонтан был задуман и выполнен.

175 лет композиция облагораживала пейзаж Петергофа.

А теперь возрожденная фюрером Германия должна по праву вернуть Нептуна в город первоначального происхождения.

Специалистам Штаба известно, что в 80-е годы ХVIII века совет города Нюрнберга продал фонтан русскому императору Павлу I. еопроса его нахождения.рг действовал по своему усмотрению поручению командующего группой войск В Россию Нептун прибыл в 23 ящиках в 1797 году, проделав путь из Любека до Санкт-Петербурга морским путем.В декабре 1942 года композиция была демонтирована и упакована в 12 добротных ящиков. Специальный груз был отправлен в рейх. Для достойного украшения ландшафта у Дворца партийных съездов в Нюрнберге.

Мэр Нюрнберга д-р Либль был известен тем, что неутомимо раздобывал и сохранял для города величайшие сокровища германской нации. Возведенные еще в ХI веке основательные бункеры уходили под землей далеко вглубь города. В них надежно хранились реликвии Священной Римской империи, алтарь Фейта Штоса и принадлежавшие Нюрнбергу коллекции, к которым присоединили ящики с Нептуном. Один из туннелей шел через тайный вход, замаскированный под обычный небольшой магазин на маленькой боковой улочке. Оттуда вел длинный бетонный коридор, перекрытый стальными дверями.

19 апреля 1945 года, когда американские части входили в Нюрнберг, мэр города д-р Либль покончил жизнь самоубийством и сжег свои бумаги. Однако ключи от бункера оказались в руках американских военных, которые у входа поставили охрану.

12 ящиков с Нептуном, извлеченные из бункера, были отправлены в Штутгарт.

В 1997 году Министерство культуры Российской Федерации приступило к изданию Сводного каталога утраченных в войне 1941-45 гг. культурных ценностей. К первоочередным публикациям были намечены материалы потерь Екатерининского и Павловского дворцов-музеев. Составители, анализируя огромный массив архивных документов Чрезвычайной Государственной комиссии (ЧГК), параллельно занимались изучением только-только рассекреченных архивов Советской Военной Администрации в Германии (СВАГ), где хранятся свидетельства о найденных ценностях советского происхождения. В Архиве внешней торговли были обнаружены материалы, относящиеся к поискам и возвращению в Петергоф знаменитого фонтана.

Отдел реституции Управления по репарациям и поставкам СВАГа в 1946-51 гг. занимался поиском, приемом от союзников и отправлением на Родину вывезенных нацистами предметов культуры. Отдел и Управление в силу бюрократических и иных неувязок с учреждениями культуры Советского Союза прямых контактов не имели, непосредственно подчиняясь Министерству внешней торговли. Возможные последствия нелепого положения отдела реституции хорошо просчитывал его руководитель подполковник Гуляев. Управление занималось отправкой репарационных грузов (тракторов, экскаваторов, морского и речного транспорта, угнанных немцами из России лошадей, каракулевых овец и т.п.) по отлаженной с Министерством внешней торговли схеме. (8). Ф.413, оп. 16, д164, л.10-32.

Как выяснил Гуляев, прямой заинтересованности в получении грузов с найденными на территории Германии культурными ценностями ни Комитет по делам искусств, ни Комитет по делам культурно-просветительных учреждений в Москве не проявляют. Проведение процедуры с оценкой и отправкой на родину находящихся на складах Советской Военной Администрации в Германии (СВАГ) в Восточной гавани Берлина предметов культуры и искусства неоправданно задерживалось. Возвращение грузов с ценностями советских музеев, библиотек, театров, институтов, оказалось непростой проблемой. Конфликт с администрацией складских пакгаузов пока удается гасить, но обещанные 3 недели отсрочки могут окончиться скандалом, поскольку потенциальные получатели грузов с отечественными ценностями продолжают хранить молчание.

Из докладной подполковника Гуляева начальнику Управления СВАГ генералу Зорину от 17 октября 1946 года: «Ожидается прибытие партии советских художественных ценностей в количестве 1.200 единиц (6 вагонов) из американской зоны оккупации в порядке реституции. …Прошу Вашего распоряжения о направлении данного груза в СССР воздушным путем, т.к. отправить его иным способом не представляется возможным». (5). Ф.413, оп.16, л. 32.

Получив жесткий отказ генерала, подполковник упорно ищет выходы из создавшегося положения. Идея Гуляева отправить российские ценности морским путем в Ленинград на базы Комитета по делам искусств, генералу Зорину показалась здравой, и он подписал запрос в Москву. Через некоторое время над депешей из Берлина размышлял Председатель Комитета по делам искусств СССР Храпченко.

Некий генерал Зорин извещал, что награбленные в Советском Союзе и найденные в Германии культурные ценности возвращаются в Ленинград «исключительно морским путем». Грузы эти направляются в адрес Эрмитажа. Просят, видите ли, организовать прием, хранение и отправку их пострадавшим владельцам.

А ведомству Храпченко ЦК ВКП(б) по указанию товарища Сталина поручил заниматься вывозом и размещением в учреждениях культуры немецких ценностей. Соответствующие указания Комитет по делам искусств уже направил в ГИМ, Эрмитаж и ГМИИ им. А.С.Пушкина, которые, кроме этого, ожидают прибытие коллекций из эвакуации… Генерал из Берлина «подкидывает» целую баржу с ценностями. Якобы для Эрмитажа.

Комитет по делам искусств СССР генералу Зорину ответил хитро: принять баржу с отправленным в адрес Эрмитажа грузом согласны. Просим сообщить о порядке приема и хранения экспонатов и об условиях их возврата владельцам. Кроме того, Комитет не располагает сведениями, кто оплатит разгрузку баржи. Вопрос об указании Эрмитажу будет решен в зависимости от Вашего ответа.(6) ф. 413, оп . 16 , л. 320338.

Подполковник Гуляев и генерал Зорин поняли: отправка на Родину художественных ценностей, находящихся длительное время в неблагоприятных для хранения условиях, в очередной раз откладывалась. А грузы с русскими иконами, картинами, мебелью, книгами из дворцов, музеев и библиотек России продолжали прибывать на переполненные склады СВАГа в Восточной гавани.

Георгий Николаевич Гуляев позднее рассказывал, что из захваченных документов, из показаний пленных и свидетельств отдельных немецких чиновников стало известно, что вывезенный из Петергофа знаменитый фонтан Нептун находится где-то на территории Германии.

Эта новость его чрезвычайно взволновала, и он незамедлительно поручил организовать поиск Нептуна. Были осмотрены десятки тайников, в которых гитлеровцы прятали похищенные культурные ценности.

В пещере Саксонии нашли каменную статую Мадонны и отправили её сначала в Лейпциг, а затем в Москву. Из этой же пещеры церковные светильники и другие предметы в мае 1945 года были увезены американскими военными. Эксперт отдела реституции Агафонова на чердаке местного Управления г. Валленштедт обнаружила склад картин из собраний немецких музеев. Среди них находились произведения, вывезенные из Советского Союза.

Найденные во французской зоне оккупации иконы, гравюры, церковные книги доставлены на склады отдела.

Группа Агафоновой при обследовании кладовой Сбербанка города Веймара обнаружила гобелен, 27 картин, 92 гравюры из немецких собраний. В местном музее в течение 1946 года находились картины из коллекции Э.Коха, на обороте которых, по утверждению сотрудников музея, были русские надписи. Этих картин в музее Веймара не оказалось. Генерал Зорин тут же обращается с рапортом к Начальнику Управления СВАГ по земле Тюрингия генералу Колесниченко: в государственной картинной галерее г. Веймара находятся художественные собрания Э.Коха, в составе которых есть произведения, похищенные в советских музеях. «Просим Вашего распоряжения на проведение расследования по этому делу, т.к. вопрос стоит о вещах, являющихся собственностью советских музеев».

Как выяснилось, эти произведения были ранее вывезены «трофейными командами» советских войск на склады берлинской военной комендатуры. Полтора года интенсивных поисков фонтана оказались тщетными. Возникла недобрая мысль – гитлеровцы могли отправить фонтан на переплавку. Эту участь разделили немало уникальных творений человеческого гения. Например, фонтан «Самсон» из того же Петергофа. Наконец пришла добрая весть из американской зоны оккупации.Представители советской миссии сообщили, что в одном из подвалов в Штутгарте находятся спрятанные какие-то русские скульптуры. Туда немедленно были откомандированы эксперты отдела. На место выехал и сам Гуляев.

В огромном подвале среди других грузов выделялись массивные ящики, изготовленные в 1942 году для транспортировки демонтированного Нептуна. Все 12 ящиков были целы и невредимы. Гуляев окончательно успокоился после вердикта экспертов, которые в ходе предварительного осмотра доложили: все 54 фрагмента скульптурной группы в сохранности. Американские службы, занимающиеся оформлением передачи культурных ценностей владельцам, с отправкой фонтана особо не церемонились. В транспортном сопроводительном документе 12 ящиков с 54 –мя объектами обозначили как один объект.(10).

В отчетах отдела реституций СВАГа за 1946 год среди перечня тысяч тонн никопольской руды и грузовиков, фрезерных станков, цветных металлов из переплавленных колоколов, сотен судов морского и речного транспорта и многого другого выделяется запись: «В американской зоне выявлена и возвращена СКУЛЬПТУРНАЯ ГРУППА «НЕПТУН» ИЗ ПАРКА ПЕТРОДВОРЦА ПОД ЛЕНИНГРАДОМ – стоимость определяется».

Для подполковника Гуляева проблема своевременной отправки культурно-художественных ценностей на Родину, как видим, стала головной болью. Учреждения культуры в Москве его сигналы продолжали игнорировать. В то же время от берлинских причалов Восточной гавани в Россию периодически отправлялись суда и грузовые баржи, некогда конфискованные оккупантами на территории Советского Союза. Транспорты отыскивали на судоходных реках Германии и отправляли морским путем, «самоходом» в Россию, на Мурманск и далее – в Ленинград. Георгий Николаевич для «Нептуна» подобрал подходящее судно – пароход «Менделеев», отправляющийся из Бремена в середине декабря 1947 года. 12 ящиков, общим весом 10.140 кг, были благополучно доставлены в порт и размещены в трюме парохода. Груз направлялся в адрес Государственного Эрмитажа. 24 января 1948 года Гуляев получил уведомление – «Нептун» Эрмитажем принят. (12) , ф.413, оп.16, д.175, л. 54

Р.S. Возвращение всемирно известного фонтана было омрачено тем, что в одном из ящиков вместо фигуры всадника из свиты Нептуна обнаружили…трофейный немецкий мотоцикл. Утраченная фигура была воссоздана в 1973 году по сохранившимся изобразительным документам. На средства немецкой фирмы «Кнауф» в 1997 году воссозданы и другие утраты фонтанной композиции, в том числе и накладные рельефные гербы Нюрнберга и Габсбургов. (Сведения Виля Ямангулова).

Примечания

При подготовке очерка были использованы трофейные документы Оперативного Штаба рейсхсляйтера Розенберга, хранящиеся в Центральном государственном архиве высших органов власти и управления Украины (ЦГА ВОУ, ф.3676). До сих пор этот материал до конца не исследован. Часть фонда по заказу Министерства культуры РФ была переведена на русский язык научным сотрудником ГАРФА А.П.Никитиным и в аннотированном виде хранится в архивной коллекции Министерства культуры. Ссылки - на архивный фонд ЦГА ВОУ (Киев).

1. ЦГА ВОУ, ф. 3676, оп. 1, д. 148, л. 1 – 5

2. ЦГА ВОУ, ф. 3676, оп. 1, д. 118, л. 37-39

3. ЦГА ВОУ, ф. 3676, оп. 1, д. 149, л. 263-284

4. ЦГА ВОУ, ф.. 3676, оп. 1, д. 140, л. 70 -74

5. ЦГА ВОУ ф., 3676, оп.. 1, д. 149, л. 19

6. ЦГА ВОУ, ф. 3676, оп. 1, д. 149, л. 22

7. ЦГА ВОУ ф. 3676, оп. 1, д. 149, л. 191-192

С 6 июня 1945 года дела по реституции награбленного немцами имущества осуществляла Советская Военная Администрация в Германии (СВАГ). На оккупированной территории поверженного рейха действовал в рамках Управления репараций и поставок отдел реституций, возглавляемый подполковником Г.Н.Гуляевым. Положение отдела было достаточно сложным : по делам репарационных поставок Управление подчинялось Наркомату внешней торговли СССР, а у отдела Гуляева по вопросам реституции культурных ценностей единого органа управления не было. Документы подразделения Гуляева до недавнего времени концентрировались в Архиве внешней политики и были для исследователей малодоступными. В настоящее время комплекс архивных источников Внешторга СССР (в т.ч. и СВАГа) хранится в фондах Российского государственного архива экономики (РГАЭ) – Ф. 413.

8. РГАЭ, ф. 413, оп. 16, д. 164, л. 10-52

9. РГАЭ, ф. 413, оп. 16, д. 164, л. 7-98

10. РГАЭ, ф. 413, оп. 16, д.164, л. 320-338

11. итируется по книге «Встреча», М., 1995, № 4, Л.19.12. РГАЭ, ф.413, оп. 16, д. 175, л. 2-10


Никандров Н.И.

Возврат к списку


© 2006—2019 Разработка и поддержка: ГИВЦ Минкультуры России