За последние годы повышенного внимания к проблемам реституции было сказано почти все, что можно сказать о правомерности и масштабах перемещения культурных ценностей в годы II Мировой войны и в результате ее последствий. В горячей полемике участвовали политики, журналисты, чиновники, юристы. В том числе и те, кто не имел реального представления о сложности и деликатном характере проблемы. Что интересно, Российская общественность, наблюдавшая за дискуссиями, по-прежнему оставалась в неведении относительно собственных потерь в годы II Мировой войны. Все утраченное Россией до сих пор символизировала лишь Янтарная комната. И вот наступила относительная тишина, стали слышнее голоса тех, кто серьезно и целеустремленно занимался делом: МГУ выпустило книгу «Картотека Z» о действиях штаба Розенберга на территории СССР, в Бремене издан сборник статей о военной и послевоенной судьбе культурных ценностей Советского Союза «Операция "Спасение"».

А. Овсянов «На руинах старого замка»
А. Овсянов
«На руинах
старого
замка»

А. Мазурицкий издал исследование о потерянных в пекле войны книжных собраниях России, А. Овсянов опубликовал книгу «На руинах старого замка» о калининградском следе вывезенных в рейх культурных ценностей СССР. В 1999 г. Министерство культуры РФ, проведя большую предварительную научно-исследовательскую и поисковую работу в российских музеях и учреждениях культуры, приступило к изданию уникального «Сводного каталога культурных ценностей, похищенных и утраченных в период Второй мировой войны», на сегодняшний день вышло 5 томов этого издания, которые были вручены участникам конференции. Это доброе начало искусственно замороженного на 55 лет процесса установления подлинных масштабов утраченного Россией в годы Второй мировой войны. В ходе подготовки материалов к «Сводному каталогу» нам удалось разыскать в центральных архивохранилищах немалое количество документов, отражающих факты перемещения, уничтожения, повреждения, хищения культурных ценностей, как во время немецкой оккупации, так и в послевоенное время. В отчетах Штаба Розенберга, занимавшегося т.н. конфискацией культурных ценностей на оккупированных фашистами территориях России, Украины, Белоруссии, самая распространенная единица измерения - «вагон», «ящик», но чаще всего «тысяча», «сотни тысяч». Так, в мае 1943 г. из Прибалтики, Минска и Смоленска в Ригу направляются до 130 000 томов книг, 6 вагонов с архивами Смоленска, из Риги же в апреле 1944 г. отправлено 2 вагона (81 ящик) в рейх с фарфором, мебелью, а один вагон с культурными ценностями из Пскова - «потерян»... А из оккупированного Советской Армией Берлина в ноябре 1947 г. отправляются 19 вагонов (2391 ящик) с обнаруженными предметами культуры (в т.ч. и из американской зоны оккупации Германии), принадлежащими Советскому Союзу. Комиссия из представителей России, Украины и Белоруссии, вскрыв выборочно до 1000 ящиков, предположила, что в ящиках находятся «сотни тысяч» предметов культуры.

Фарфор, утраченные ценности

10 лет спустя, в 1957 г. на запрос Министерства культуры СССР о количестве утраченных во время войны культурных ценностей, Министерство культуры Украины исчерпывающе ответило: «конкретного количества утраченного и вывезенного в Германию установить невозможно, поскольку оккупанты уничтожали всю музейную документацию... Приблизительно утрачено - сотни тысяч экспонатов». В царстве такой кабалистики определить судьбу коллекций, отдельных произведений, утраченных в годы войны государственными музеями и другими культурно-просветительскими учреждениями СССР, довольно сложно. Наши коллеги из Центра Восточной Европы в Бременском университете, взявшиеся параллельно с нами исследовать «военную судьбу» советских культурных ценностей, собрав богатейший архивный материал, не пошли дальше описания общей картины разграбления и передач из американской зоны оккупации Германии в советскую найденных там предметов, принадлежавших Советскому Союзу. Российские, украинские, белорусские исследователи поставлены перед необходимостью доказать реальность потерь Советского Союза, причем, доказать, что называется попредметно. Издаваемый «Сводный каталог» отражает отсутствие в фондах российских музеев конкретных экспонатов, утраченных в период фашистской агрессии. Это первый этап архивных исследований. Но констатация потерь - только начало. Неизбежен следующий этап, а он более трудоемкий, рутинный, требующий систематизации большого количества архивных источников, по которым можно будет проследить запутанный след отдельных утраченных экспонатов и коллекций. О некоторых (пока еще приблизительных) выводах и предположениях этого направления работы я хотел бы сообщить. В архивных материалах Штаба Розенберга, относящихся к действиям на территории России, немалое внимание уделено иконе Тихвинской Богоматери (ТБМ). Дело в том, что эта икона - одна из величайших святынь России, по преданию, написанная самим евангелистом Лукой, в V в. привезена императрицей Евдокией из Иерусалима в Константинополь. Она в 1383 г. таинственно исчезла из Константинополя и возникла перед рыбаками на Ладожском озере. Почитавшаяся как символ Византийской империи, икона Богоматери с 1560 г. находилась в Успенском мужском монастыре близ города Тихвина. Описание чудес, связанных с этой чудотворной иконой, можно прочитать в 65-м томе Энциклопедического словаря Брокгауза и Эфрона. Захваченная в Тихвине, она в марте 1942 г. была доставлена солдатами вермахта в Псков и передана местной полевой комендатуре. 22 марта 1942 г. состоялось торжественная передача ее немецким командованием представителям Русской Православной Церкви (РПЦ). Каждое воскресение в 9 часов икону доставляли в собор и в 18 часов возвращали в комендатуру. Но вот наступает 1944 г.

Икона Тихвинской Божией Матери
Икона Тихвинской Божией Матери

Читаем документы Штаба Розенберга: «Сотрудник штаба Крузенштерна 20 января 1944 г. посещает Псков и осматривает там икону Тихвинской богоматери...» «Тихвинская богоматерь перевезена сотрудником штаба Цвибелем из Пскова в Ригу...» «Тихвинская богоматерь доставлена морем из Риги в Данциг, а оттуда 26 февраля 1944 г. - в Ратибор...» На этом обрываются сведения архива Штаба Розенберга. О дальнейшей судьбе иконы рассказывают документы, найденные Ольгой Васильевой в Государственном Архиве Российской Федерации. В Германии опекал икону рижский епископ Иоанн Горклав. У советских властей имелись сведения о том, что Иоанн находится в Кольмберге и может передать икону советским представителям, о чем Маршал Соколовский — Главнокомандующий СВАГа - в 1949 г. уведомил Москву. Но прежде чем икона могла вернуться в Россию, ее следовало опознать, а сделать это могли только компетентные представители церкви. Делегация была сформирована, выделены 4800 немецких марок на поездку. В начале июля 1949 г. осталось только приобрести билеты. Но американская военная администрация без объяснения причин не дала разрешения на въезд в американскую зону представителям РПЦ. В результате икона Тихвинской Божьей Матери оказалась в США, а именно в соборе св. Троицы в Чикаго. Там она находится поныне. Министерство культуры РФ в 1999 г. направило обращение на имя Сергея Горклава с просьбой подтвердить факт нахождения иконы в соборе, ответа не последовало. Ответ из Чикаго мог бы прояснить некоторые предположения зарубежных архивистов: дескать, икона эта - не подлинная, принадлежала она рижскому архиепископу и его приходу и т.п. Почему она так и не была возвращена в СССР, позволят установить архивные материалы СССР, США, Германии.

(Историю возвращения в Россию иконы Богоматери Тихвинской см. в разделе "Возвращенные культурные ценности РФ", статья Икона Богоматерь Тихвинская (XY-XYI ии.)Автор - Никандров Н.И.)

В публикациях последнего времени много добрых слов сказано во славу действий американских подразделений, занимавшихся реституционной работой в послевоенной Германии. Американцы заслуживают этих слов и уважения многих стран, ограбленных нацистами. В том числе и Советского Союза, получившего немало (свыше 500 тысяч) предметов из числа найденных американцами в немецких хранилищах и возвращенных на родину. Но почему-то глухо упоминается о том, что наши западные союзники отказались, например, возвращать советским властям вывезенное нацистами из Прибалтики, в том числе и «документы, представляющие интерес для американских спецслужб». Последствия такого рода «реституции по-американски» неожиданно проявились в 70-е гг. Именно в 1970 г. «фермер из Шталле», западногерманский искатель Янтарной комнаты Георг Штайн, работая с документами Бундесархива, установил, что в 1944 г. в Германию нацисты вывезли с территории СССР сокровища, принадлежащие монастырю г. Печоры. Штайн обратил внимание на нестандартное оформление вывоза сокровищ в рейх: серебряные ценности, иконы и другие предметы были взяты Штабом Розенберга «под опеку и должны быть возвращены монастырю «при соответствующем времени». Внимание Штайна привлекло и еще одно обстоятельство: в октябре 1944 г. в замок Кольмберг, где хранилось имущество Псково-Печорского монастыря, прибыл представитель Министерства по восточным территориям с целью подобрать из фондов монастыря некоторые предметы для вручения епископу Печорскому в качестве «символического» подарка. Хранитель замка Форедж потребовал предъявления специального разрешения Штаба Розенберга на выдачу предметов. Такового не оказалось. В результате выяснилось, что подарок потребовался для некой инсценировки: планировалось снять на кинопленку якобы состоявшийся факт возвращения монастырю его реликвий и этим опровергнуть «ложные» сообщения советской прессы о присвоении рейхом сокровищ русского монастыря. В ходе дальнейших поисков Г. Штайн установил, что сокровища продолжают находиться на территории ФРГ. Правовой отдел МИДа, куда обращался Штайн, меланхолично ответил, что «надо выяснить, имеет ли право владения на имущество Псково-Печорского монастыря существующее в Лондоне и Нью-Йорке эмигрантское правительство Прибалтийских республик», поскольку эти вещи временно находились в Риге. Штайн не успокаивался: обратился к редактору журнала «Die Zeit» графине Марион Денхоф в Гамбурге с просьбой оповестить о находке советского посла. Но графиня после консультаций с МИДом ФРГ предупредила беспокойного поисковика: обращение в советское посольство может иметь тяжелые политические последствия. Совершенно случайно Штайну удалось узнать: сокровища находятся на хранении в музее икон в Реклингхаузене (Вестфалия). 30 декабря 1970 г. Штайн посещает Реклингхаузен и от музейщиков получает информацию, подтверждающую факт хранения в музее икон, вывезенных из СССР во время войны. Но даже и после этого чиновник Управления Бундесканцлера в Бонне, куда Штайн звонил из музея икон, продолжал утверждать, что никаких сокровищ советского монастыря на территории ФРГ нет, что проблема эта политическая, и она относится к компетенции Федерального правительства, которое будет говорить с русскими о художественных ценностях тогда, когда сочтет это необходимым. Документальная вооруженность исследователя, его настойчивость и, в какой-то степени, бесстрашие привели к тому, что после длительных переговоров между МИДом ФРГ и Русской Православной церковью в Москве сакральные золотые и серебряные предметы, украшенные драгоценными камнями и жемчугом, одежды архиепископа, церковные короны и 620 икон (1500-1910 гг.) в 1974 г. вернулись в Россию, в Псково-Печорский монастырь. Подобными «находками» вряд ли кто может еще похвастаться.

Генрих Шлиман
Генрих Шлиман

Разве только Генрих Шлиман. В отчете военного губернатора зоны США в Германии от 20 февраля 1946 г. сообщается: «Завершилась широкомасштабная эвакуация из Хохштадта в Баварии, и все русские и польские предметы были привезены в Мюнхенский сборный пункт». В замке Хохштадт, помимо огромного количества, в том числе и вскрытых, ящиков с награбленными на территории СССР культурными ценностями, находилась группа украинских ученых, которые сотрудничали со Штабом Розенберга на Украине, а позднее сопровождали через Краков эшелоны с объектами культуры. Опасаясь принудительной депортации в СССР, от имени группы к американским властям обратился научный сотрудник Академии Наук Украины профессор Петр Куренной с просьбой взять под охрану коллекции и украинских специалистов. Обратимся к свидетельствам книги «Операция спасение», вышедшей в Бремене в 1998 г. В связи с обнаружением в замке Хохштадт большого массива культурных ценностей американских офицеров привели в недоумение настойчивые утверждения приписанных к 3-й армии США советских офицеров связи о том, что в замке находятся «только русские ценности». Американцев смутило важное обстоятельство: откуда русским об этом известно? Видимо, Советы намерены все находящееся в хранилищах Хохштадта перевезти на свою сторону. Теперь обратимся к свидетельствам начальника Управления репараций, поставок и реституции Советской Военной администрации в Германии (СВАГ) генерала Зорина, а именно к его воспоминаниям в изложении одного из самых компетентных в сфере поиска утраченных во время войны произведений искусства журналиста Евграфа Кончина (в книге «Сохраненные сокровища», М., 1985 г.) По утверждению Зорина, советские власти на основе разведданных знали, что в замке Хохштадт находятся вывезенные из музеев СССР и Польши археологические и этнографические коллекции. После долгой переписки по этому поводу американская сторона подтвердила: в Хохштадте действительно находятся советские музейные ценности. Когда найденное в Хохштадте прибыло из американской зоны в Берлин, сразу было установлено, что среди возвращенного нет коллекций Керченского археологического музея, возможно, самых ценных из числа находившихся в замке. Как вспоминает Зорин, после нового запроса советской стороны американские специалисты в ходе тщательного обследования помещений Хохштадта обратили внимание на опечатанные подвалы. На листах бумаги, прикрепленных у входа, сообщалось, что за опечатанными дверьми находится собственность солидной, пользующейся мировой известностью швейцарской фирмы. В замок по согласованию с американцами был направлен советский офицер, который отыскал представителя фирмы, якобы занимавшей часть подвалов Хохшадта. По этому поводу было выражено искреннее недоумение швейцарских предпринимателей. Пломбы, печати, бумаги оказались фальшивыми. В подвалах же обнаружили 40 ящиков с коллекциями Керченского музея. Архивные документы Центрального хранилища (г. Пушкин) показывают: 40 ящиков с археологическими коллекциями прибыли из Берлина в декабре 1947 г. в числе многих других экспонатов, поступивших из американской зоны оккупации Германии. Директор Центрального хранилища в г. Пушкине А. Кучумов, извещая Керчь о прибывших ящиках, отмечал, что они не вскрывались и не исследовались из-за отсутствия в Центральном хранилище соответствующих специалистов. Музей получил 40 ящиков своих коллекций в сентябре 1948 г. Сотрудники Керченского музея позднее сообщили в Центральное хранилище, что в 4-х из 40 ящиках находится материал, не имеющий отношения к музею. Немцы же вывезли коллекции в 45 ящиках. 9 ящиков наиболее ценных экспонатов пропало. По оценкам керченских знатоков археологии, возвращены рядовые коллекции, ценность которых значительно снижена отсутствием паспортов к предметам и сильными повреждениями. При разборке на дне одного из ящиков обнаружили два небольших листа бумаги, исписанные карандашом: Текст неизвестного до сих пор автора этого послания воспроизводим без каких-либо изменений. «Внимание! Важно.
Сообщаю для сведения, что все археологические коллекции из Крыма и других городов Советского Союза хранились все время войны в замке Хохштадт в южной Баварии. Все было в образцовом порядке. После оккупации Германии американцами замок был взят под охрану американскими властями с 22 апреля 1945 г. С этого времени никто не мог войти в хранилища, и много вещей было разграблено солдатами. Все, что упаковано, собрано нами на полу, найдено в мусоре. Некоторые вещи уцелели. Привет Родине!

3 октября 1945 г.»

Керченский археологический музей до сих пор не знает, где находятся самые ценные коллекции «в количестве девяти ящиков». Интерьер довоенного здания советского посольства на Унтер-ден-Линден (Берлин) с дореволюционных времен и до 1941 г. украшало немало работ российских и западноевропейских мастеров. В третьем томе «Сводного каталога культурных ценностей, похищенных и утраченных в период Второй мировой войны» помещены работы Верещагина, Поленова, Волкова, Борисова из коллекции Третьяковых, переданные полпредству СССР в Берлине из Государственной Третьяковской галереи на временное хранение в ЗО-е гг. В здании советского посольства находились с дореволюционных времен четыре настенные картины, приобретенные императором Николаем I в 1839 г. в Германии: Антуан Песне «Купальщицы»; Георг фон Кнобельсдорф «Пейзаж с придворным обществом»; Шарль Дюбуа «Пейзаж с водопадом»; Иоганн Гарпер «Пейзаж с придворным обществом». Посольские здания Советского Союза после 22 июня 1941 г. подверглись разграблению — сперва гестапо, затем бригадой СС майора Кюнсберга. Часть посольского имущества, в том числе и картины, были перемещены на склад Оперативного штаба Розенберга (замок Когль). По документам Бундесархива в г. Кобленце установлено: предметы культуры из советского посольства были доставлены на склад Штаба Розенберга в 5 ящиках. Описи содержимого ящиков пока не обнаружены. Судьба названных выше картин Песне, Кнобельсдорфа, Дюбуа и Гарпера оказалась благополучной: в 1968 г. они были переданы из Мюнхена в распоряжение Берлинского управления дворцами и замками. Во время реконструкции жилых апартаментов Фридриха Великого в замке Шарлоттенбург их разместили в 1983 г. в одном из помещений вместо утерянных в Семилетней войне (1756-1763) пяти панно Ланкре, Песне, Дюбуа. Нам представляется целесообразным восстановить путь перемещения (начиная с июня 1941 г.) сохранившихся картин, ныне находящихся в Шарлоттенбурге, с тем, чтобы попытаться обнаружить «следы» других произведений из посольства СССР, в том числе и картин, принадлежащих Третьяковской галерее. Осуществляя подготовку к изданию «Сводного каталога культурных ценностей, похищенных и утраченных в период Второй мировой войны», мы стремились отразить масштаб хищений или утраты музейных экспонатов. Мы также понимаем, что без реестра потерь (в России не думали об этом более 50 лет) невозможен целенаправленный поиск и возвращение утраченного. Изложенные выше сюжеты не исчерпывают огромного ряда появившихся в результате сопоставления свидетельств из разных архивов (в том числе и архивов разных стран) версий и наработок по установлению судьбы пропавших экспонатов. В ходе подобного рода исследований и предположений уже установлены места пребывания в других странах икон из Пскова, колокола из Старой Руссы (Новгородская область), скульптуры «Летящий Меркурий» из Павловска и других утраченных в годы военного лихолетья предметов культуры. Имея некоторый опыт работы с частным архивом Георга Штайна, мы не теряем надежды познакомиться с архивом Отто Клайна (ФРГ), недавно ушедшего из жизни маститого реставратора, знатока русской иконы и живописи, консультациями которого пользовались американцы при возвращении культурных ценностей в СССР. Нам предстоит еще разгадать, почему более ста предметов культуры, вывезенных из Новгорода и Пскова, были декларированы как собственность Франции, а некоторые были возвращены американскими властями из Парижа, куда они «по ошибке» почему-то были переданы из Буксхайма. Нам, похоже, удалось установить «след» отправленных из Кенигсберга по указанию Коха культурных ценностей России и Украины в рейх под прикрытием швейцарского Красного Креста и Полумесяца. Понимая всю сложность и рутинность поисково-исследова-тельской работы, мы направляем коллегам все обнаруженные документы, касающиеся утрат музеев Украины, Белоруссии, Польши. Мы также рассчитываем на понимание и поддержку своих коллег из других стран. Хочется верить, что доброе сотрудничество всех занимающихся поиском утраченного в годы войны будет добрым знаком наступающего столетия.


Реклама Яндекс

Здесь вы всегда можете заказать междугороднее такси онлайн из пункта Киев в направлении:
Такси Киев


Никандров Н.И.
Министерство культуры Российской Федерации, Москва, Россия

Возврат к списку


© 2006—2019 Разработка и поддержка: ГИВЦ Минкультуры России