В Финляндии всплыли культурные ценности, вывезенные из СССР во время Второй мировой войны. Может ли Россия рассчитывать на их возвращение?

Икона из Финляндии
Икона из Финляндии

Эта история началась летом 1943 года. Командование финских войск, оккупировавших территорию советской Карелии, получило разведданные о том, что партизаны якобы намерены сжечь дотла знаменитый архитектурный комплекс Кижей. Сложно судить, насколько достоверными были те сведения, однако финны тут же собрали и вывезли все ценное из кижских церквей. Операцию провели под гуманитарным предлогом: сохранение культурных ценностей для возвращения их на прежнее место после окончания военных действий.

Финны собрали в общей сложности около 900 предметов культа из кижских церквей и других храмов Заонежья и погрузили на пароход "Медвежьегорск". Так древние русские иконы оказались на территории Финляндии. События меж тем развивались стремительно, и уже через год, осенью 44-го, последовала капитуляция Финляндии. Советское правительство потребовало возврата вывезенных ценностей. Финны действительно вернули иконы в Петрозаводск. Но, как выяснилось, далеко не все. История была окутана тайной 60 с лишним лет. В начале 2006 года в Турку без лишней помпы прошла выставка "Страшный суд: иконы восточной Карелии". В Россию случайно попал каталог этой выставки. Как только специалисты рассмотрели представленные в брошюре объекты, они сразу поняли: речь идет о части коллекции, вывезенной финнами из СССР во время войны. "Итоги" решили разобраться в том, каким образом иконы стали военными трофеями и есть ли шанс спустя столько лет вернуть их обратно.

Трофеи или реликвии?

В 1943 году финские оккупационные власти вели на территории советской Карелии целенаправленную научно-исследовательскую деятельность. На службе у военных состояли геологи, биологи, географы, антропологи, этнографы, археологи, искусствоведы, художники, архитекторы. Изучалось "на просвет" все, что представляло хоть какой-то интерес. Дело в том, что с началом войны в финском истеблишменте стала невероятно популярна идея "великой Финляндии", вызревавшая еще с 1922 года. Бурная научная и культурная деятельность на советской территории должна была продемонстрировать союзнице Германии, на какие именно земли претендует Финляндия. Правда, поначалу эта деятельность мало походила на научную. Сохранились воспоминания местных жителей о том, что в первые годы войны финские военные грабили церкви, набивая иконами свои солдатские рюкзаки. Вскоре "трофеи" оказывались в Финляндии, где ими начали активно приторговывать. Как пишет в своей книге "Вслед за победителями" финский этнограф и археолог Сакари Пялси, военные, "...ненавидя все русское, и в частности церковную символику "рюссей", считали, что… изъятие икон тоже относится к освобождению Карелии".

В 1942-м ситуация резко меняется. Работы по изъятию ценностей в Заонежье и Кижах отныне ведутся централизованно: под руководством генерал-лейтенанта Вольдемара Хеглунда и его помощника - 23-летнего магистра по церковной архитектуре и истории искусств Ларса Петтерссона. Для консультаций в 1942 году в Карелию были приглашены один из чинов греко-католической церкви Лео Казанко, православные священники Эркки Пийронен и Пенти Хярконен, а также директор Художественной галереи в Хельсинки, специалист по иконописи Бертел Хинце. Если судить по специализации привлеченных экспертов, то становится ясно, что шла продуманная работа по инвентаризации наиболее ценных образцов древней православной живописи для последующего ее вывоза. Летом 1943 года четверо финских экспертов объехали Заонежье. Именно в этот период и созрел план, согласно которому вывезенные вскоре иконы разместили в пяти различных регионах Финляндии - якобы из соображений безопасности. Именно на Петтерссона власти возложили задачу по планомерному вывозу ценностей в Финляндию. И, надо сказать, справился он с ней отменно. 8 января 1944 года в Хельсинки собирались открыть выставку "Защита искусства в годы войны. Иконопись Восточной Карелии". "На нее отобрали 152 иконы, вывезенные из Кижей, Кондопоги, сел Яндомозеро, Тамбицы, Типиницы и других мест, - рассказывает исследовательница этой темы старший научный сотрудник музея "Кижи" Виола Гущина. - Однако выставка сорвалась. В последний момент по непонятной сегодня причине лично верховный главнокомандующий Карл Густав Маннергейм распорядился не выставлять иконы как военные трофеи". По одной из версий, генерал рассудил, что не стоит таким образом лишний раз злить Советы, которые уже вовсю громили финские части. Что произошло с реликвиями дальше? Сведения о том весьма противоречивы.

Тайна старой крепости

Точно известно, что вывезенные из Карелии иконы были переданы специальному Комитету по изучению древнего искусства. С подачи этого комитета самая большая и ценная часть "русской коллекции" (260 единиц хранения) оказалась в казематах цитадели Турку, являющейся по совместительству городским музеем. Это официальная информация по состоянию на 12 июня 1944 года. Осенью 1944-го, после капитуляции Финляндии, ценности, вывезенные из СССР, финны начали возвращать. Однако, судя по всему, вернули далеко не все.

Вот что рассказывает Кнут Драке, один из современных финских исследователей этой темы: "Отлично известно, что Петтерссон незадолго до Зимней войны был назначен исследовать историю крепости Турку. Начались боевые действия, и все работы пришлось прекратить. Быть может, Петтерссон впоследствии и решил, что крепость, стоящая в устье реки Аура-Йоки, является идеальным хранилищем для икон. Так или иначе, в крепости было много свободного места. Кстати, в городском архиве Турку сохранилось письмо на шведском языке от 25 февраля 1944 года, отправленное Петтерссоном из Петрозаводска управляющему музеем Нильсу Клеве. В нем он благодарит за помощь в организации "командировки в Турку" - возможно, речь шла об операции по переправке икон".

Дальше следы части коллекции теряются. "Лето и осень 1944 года были тяжелыми временами, - сетует Кнут Драке. - Можно ли сегодня однозначно толковать поступки тех дней? Наверняка все, что происходило тогда в музее, делалось под влиянием настроений, царивших вокруг, и исторической обстановки. Ценности по рекомендации Комитета по изучению древнего искусства готовились вывезти в безопасные места - например, в музей Гетеборга. К концу лета 44-го все ящики были готовы к отправке в Швецию. Но вступившее в сентябре в силу перемирие между Финляндией и СССР воспрепятствовало осуществлению этих планов". Иными словами, финские военные ценный груз упаковали, но в нейтральную страну вывезти не успели. После капитуляции Финляндии ящики с иконами начали готовить к отправке в СССР. В момент погрузки пара-тройка ящиков могла "затеряться", оставшись в казематах крепости. Означает ли это, что финны умышленно утаили иконы? Они настаивают на версии обычной послевоенной неразберихи. "Скорее всего директора музея в Турку, сменявшие друг друга в 40-50-е годы, просто не имели возможности ознакомиться с хранившимися ценностями", - полагает сотрудник музея Турку Юхани Костет

Из забытья

Интересно, что первым, кто поднял вопрос об исчезнувшей коллекции, был не музейщик, не политик, а наш брат журналист. Редактор газеты Turun Sanomat Ханну Миетунен в 2003 году изучала дневники бывшего президента страны Урхо Кекконена. Из них она совершенно случайно узнала, что в 1974 году сотрудник городского исторического музея в Турку Пентти Койвунен рассказывал президенту о том, что в крепости Турку есть около десятка икон, вывезенных во время войны из Восточной Карелии, но никто не знает, что с ними делать. Можно предположить, что об этом действительно знал только узкий круг лиц, но сути это не меняет: иконы явно хранились вдали от любопытных глаз на протяжении нескольких десятилетий, причем в не самых лучших условиях.

Ухватившись за полученную информацию, журналистка предложила музейщикам открыть в Турку выставку икон. Идею одобрили. Так и появилась выставка "Страшный суд…". В финской прессе это событие представлялось как акция доброй воли коллектива музея, который открыл ценности, укрытые от глаз общественности.

В экспозиции были представлены тринадцать работ на деревянной основе, выполненных в технике темперы, и десять старообрядческих икон, отлитых из меди. Выставка, может, и не стала громким событием в культурной жизни страны, но на сам факт ее организации мгновенно среагировало внешнеполитическое ведомство России.

В распоряжении "Итогов" есть письмо исполняющего обязанности директора Второго Европейского департамента МИД РФ Виктора Татаринцева представителю ведомства в Петрозаводске Андрею Спиридонову с просьбой "по возможности срочно запросить у республиканских архивов, органов власти (УФСБ, МВД, Минкультуры) и направить в наш адрес информацию в отношении коллекции икон, выставленной в г. Турку, которая, по оценкам экспертов, собрана и вывезена в годы Великой Отечественной войны с территории Карелии". Как рассказал Андрей Спиридонов "Итогам", "я попросил специалистов Музея изобразительных искусств Республики Карелия организовать экспертную оценку выставленных в Турку предметов, имея в виду стилистические приметы их "карельского" происхождения, оценку исторической и художественной ценности коллекции, иные возможные аспекты".

К каким выводам пришли эксперты? "Можно с уверенностью сказать, что в музейные собрания Карелии поступили не все иконы из тех, что были вывезены финскими войсками с оккупированной территории, - утверждает хранитель коллекции иконописи Музея изобразительных искусств Республики Карелия Владимир Платонов. - Некоторые могли оказаться в частных собраниях как в России (несколько случаев нам известно), так и в Финляндии. Поэтому нельзя исключить того, что и в государственных собраниях Финляндии имеются подобные произведения".

Изучив каталог, эксперты определили, что наиболее ценной в художественном отношении является икона "Страшный суд". "Насколько можно судить по репродукции, она обладает редкими иконографическими деталями, - говорит Владимир Платонов. - Кстати, в фондах нашего музея есть комплекс двухрядных икон с изображением праздников и пророков из села Вознесенье Ленинградской области, которые были вывезены финнами в период войны с указанием места вывоза на обороте иконных досок и возвращены СССР по мирному договору".

А вот краткий список того, что еще было представлено на выставке: Царские врата (предположительно конец XVII века), сень Царских врат XVII века с редкими деталями - изображениями Святой Троицы, пророка Захарии и святителя Василия Великого, двухрядная икона "Богоматерь Знамение. Успение Богородицы" XVIII века, двухрядная икона "Свв. Онуфрий Великий, Петр Афонский. Преподобные Зосима и Савватий с житием" XVIII века, икона "Воскресение Христово" с сюжетами Страстного цикла в клеймах XVIII века, киот резной для икон, икона "Пророк Аарон". Остальные предметы, представленные в каталоге выставки, по словам Владимира Платонова, "являются в основном произведениями поздней иконописи - это так называемые иконы-"примитивы", к которым в настоящее время проявляют интерес исследователи народной культуры, - а также изделиями мастеров старообрядческого направления, в основном меднолитой пластикой".

Стоимость этой коллекции может доходить до нескольких сотен тысяч долларов. Стоит ли рассчитывать на то, что она рано или поздно вернется в Россию?

Позиции сторон

Интересно, что сами финны вроде бы и готовы вернуть коллекцию. Но кому? "Что касается возвращения икон, то, если поступит запрос от российской стороны, мы рассмотрим его суть, основания для возвращения и примем соответствующее решение, - сообщил "Итогам" хранитель икон в Музее Турку Йони Курни. - Мы готовы все вернуть, однако до сих пор я не слышал о том, чтобы российские власти проявили хоть какую-то заинтересованность. По крайней мере никакой реакции на выставку, а также на наши сообщения о ней не последовало".

Сегодня финны выставляют иконы, фактически не таясь. Однако Александр Сверчков, генеральный консул России в Турку, услышал об истории икон впервые от "Итогов". Судя по всему, информация о прошедшей четыре года назад выставке благополучно затерялась в каналах дипломатической почты. Впрочем, Александр Сверчков готов дать делу новый ход: "Если есть веские доказательства о принадлежности этих реликвий, то МИД по согласованию с Минкультуры должно дать соответствующие поручения о создании совместной комиссии. Далее проблему можно было бы решать уже на уровне национальных культурных учреждений. Не вижу больших проблем, к тому же нынешний министр культуры России Александр Авдеев - сам бывший дипломат, работал во Франции и нередко сталкивался по роду деятельности с подобными детективными историями". За чем же тогда дело стало? "История, связанная с этими иконами, все-таки пока еще покрыта мраком, - считает начальник отдела поиска и возвращения культурных ценностей Росохранкультуры Юрий Годованец. - Да, безусловно, в этой истории присутствует некая щемящая нота, что иконы таким образом спасали от уничтожения. Однако для того, чтобы сейчас принимать какие-то решения, не хватает ясности картины и четких документов. Финская сторона признавала во время проведения выставки, что это русские иконы. Но проблема в том, что эти иконы не входят в каталоги утрат войны". В неофициальных беседах с "Итогами" чиновники Минкультуры признавали, что документально доказать наше право собственности на иконы пока не представляется возможным. Может быть, к делу стоило бы подключить Церковь? "Если бы иконы находились в распоряжении православных общин, то вопрос их возврата не стоило бы и поднимать, - считает отец Игорь Якимчук, представитель Отдела внешних церковных связей по межправославным отношениям Московского патриархата. - В Финляндии есть Финская православная автономная церковь, есть благочинье РПЦ. Если же иконы хранятся в запасниках, то тогда вопросом их возврата должно заниматься Министерство культуры РФ".

…Вернутся ли иконы в Россию, покажет будущее. Наверное, важнее другое - что они вообще уцелели в военной круговерти. В том же 1943 году финны оставили часть икон на хранение в Петрозаводске. А в 1948 году начальник Управления по делам архитектуры при Совмине Карело-Финской ССР Масленников с возмущением писал об их судьбе секретарю местного ЦК КП(б) Юрию Андропову: "А у нас в Петрозаводске зимой 1944-1945 годов завхоз ДК истопил на дрова росписи Купола Кижей..."

При участии Дмитрия Серкова и Владимира Крючкова

"Итоги" попросили Степана Кривошеева,эксперта одного из известных аукционных домов провести предварительную оценку рыночной стоимости "трофейных" икон. Оценка производилась по фотографиям музейного каталога. Подобная экспертиза весьма затруднительна, поскольку ничто не может заменить "живого общения" с раритетом. К тому же формат музейного каталога не позволяет воспроизвести детальные изображения, столь необходимые для корректной атрибуции и экспертизы предметов антиквариата. Вот в результате какое заключение было вынесено экспертом: - Стилистически иконы принадлежат к самобытной традиции Русских Северных писем. Историю бытования данных икон, их историко-культурную ценность, состояние красочного слоя и элементов основы можно выяснить только при детальном исследовании.

Наиболее ценными с точки зрения сюжетной редкости, мастерства исполнения, размеров (вот лишь некоторые аспекты, напрямую связанные с самими предметами), а соответственно и материально более значимыми являются:

  • икона "Страшный суд" , XVII век - около 2 миллионов рублей;
  • левая створка Царских врат , XVII век (?) - около 800 тысяч рублей;
  • двухрядная икона "Свв. Онуфрий Великий , Петр Афонский. Преподобные Зосима и Савватий с житием", XVIII век - около 600 тысяч рублей;
  • двухрядная икона "Богоматерь Знамение. Успение Пресвятой Богородицы" , XVIII век - около 500 тысяч рублей;
  • сень Царских врат , XVII век (?) - около 400 тысяч рублей;
  • икона "Воскресение Христово" с сюжетами Страстного цикла в клеймах XVIII века - около 300 тысяч рублей.

Источник: http://www.itogi.ru/obsh-tema/2010/18/151688.html

 


Автор:  Василий Дятлов
Дата публикации:  2010-05-03 00:00:00
Источник:  «Итоги»

Возврат к списку


© 2006—2018 Разработка и поддержка: ГИВЦ Минкультуры России