Похоже, что кампания, развернутая в нашей печати по поводу трофейных немецких книг, хранящихся в фондах российских библиотек, вступает в завершающую фазу. Я имею в виду конкретные шаги по возвращению немецких книг на родину. Конечно, это можно только приветствовать, если бы не одно «но». И вот об этом-то «но» мне и хотелось бы повести разговор.

 

В 1955 году по воле Правительства СССР был принят ряд решений, согласно которым Германской Демократической Республике были возвращены культурные ценности, попавшие в СССР во время второй мировой войны. Они включили в себя картины западноевропейских живописцев, археологические редкости, были возвращены рукописные книги из фондов Прусской и Саксонской библиотек. В Германию возвратились 15 тысяч томов из Готской библиотеки. Вся эта кампания явилась результатом большой политики и рассматривалась как жест доброй воли. Вопрос о равноценном обмене культурными ценностями в те дни не стоял. Правительственные и партийные чиновники дружно забыли о наших картинах, музейных экспонатах, книгах, утраченных во время войны.

 

Обстановка менялась, и на долгие годы вопрос о трофейных культурных ценностях, в том числе и книгах, был снят. И не просто снят, а стал относиться к разряду закрытых, запретных. Хранители немецких трофеев не имели права во всеуслышание заявить, что в наших галереях, музеях, библиотеках есть ценности, принадлежавшие Германии. Так в своем большинстве ценности эти оказались сокрытыми не только от немецкого, но и от нашего народа. Этот факт сослужил нам плохую службу. Ведь именно на нем и основаны все попытки представить Россию виноватой стороной. Отсюда и та мнимая деликатность, из-за которой мы так боимся во весь голос заявить о наших собственных книжных потерях. Каковы же они?

 

Когда наши войска входили на территорию Польши, Чехо-Словакии, Германии, там находили книги со штампами советских библиотек. В Померании было найдено 40 тыс. книг с Украины. Около Катовиц - часть фондов минских библиотек. Но это была лишь ничтожная часть утраченного. После войны вопрос о сборе данных о наших книжных потерях возникал в то или иное время, а потом опять снимался. Откровенно говоря, вывезенные с территории СССР редкие издания не нашли по одной простой причине: их толком просто никогда не искали. Считали это несвоевременным, неделикатным. Ну как в самом деле потребуешь у немецких друзей не ими - фашистами награбленное?

 

Не в обиду тем людям, в чьей компетенции сейчас находится эта проблема, будет сказано: представляете ли вы себе, господа, во что были превращены наши библиотеки после ухода знали это в полной мере, то ваши подходы к проблемам трофейных книг были бы несколько иными.

 

Официальная статистика говорит о 100 млн. томов, утраченных в военные годы только массовыми библиотеками СССР. Более 4 млн. томов погибло в Киеве. Белоруссия потеряла 95 процентов своих книжных фондов, погибли крупнейшие областные библиотеки России1 Ростовская - 300 тыс. томов, Воронежская - 400 тыс., Смоленская, Калининская библиотеки полностью. Из Смоленского исторического музея наряду с другими экспонатами исчезли 5 рукописных Евангелий XV - XVI веков, из Псковского музея-заповедника - 6 книг Библии издания Франциска Скорины 1517 -1519 гг., славяно-российский лексикон 1653 г., служебник 1519 г.

 

Обо всем этом не модно вспоминать и сейчас Конечно, того, что было растерзано и сожжено, уже не вернуть, но судьбы многих собраний складывались иначе. Книги из них тщательно отбирались, с похвальной пунктуальностью заносились в списки и каталоги и отправлялись в Германию. Гитлеровские подразделения, занимавшиеся вывозом культурных ценностей, старались перещеголять друг друга, вырвать наиболее «лакомый кусок». Таких подразделений было не одно и не два. К примеру, подразделение рейхсминистра восточных территорий Розенберга Именно он, один из идеологов фашизма, считал славян, владеющих культурой, пороховой бочкой по соседству с Германией. Штаб Розенберга располагался в Киеве. Сюда с оккупированной территории России, Украины, Белоруссии свозили книги, сортировали и отправляли в Германию.

 

К сожалению, мы очень мало знаем о деятельности на советской территории подразделений батальона особого назначения СС под руководством штурмбанфюрера СС Эберхарда фон Кюнсберга. Но известно: перед батальоном ставились задачи выявления музейных ценностей и книг, а затем отправки их в Германию. Роты батальона Кюнсберга придавались крупным армейским группировкам. На восточном фронте особенно активно действовала рота батальона при южной армейской группе. Архивы этих организаций сохранились до наших дней. Интересно знать, работал ли с их документами - а ведь на многое могут пролить они свет - кто-нибудь из российских исследователей? Мне приходилось бывать в Киеве, Харькове, Минске и встречаться с людьми, которые восстанавливали библиотеки еще в военное лихолетье. И хотя прошло уже много лет, помню, с какой болью говорили они об утраченных книгах, собиравшихся не одним поколением Почему же сегодня мы стараемся об этом забыть9 Почему российские чиновники в одностороннем порядке собираются вернуть книги, которые вывозились из Германии с целью хотя бы стоимостно возместить утраты не только российских, но и украинских, белорусских библиотек? Да, раньше у нас библиотечный фонд. Теперь иначе. Так почему же российским чиновникам не поинтересоваться мнением библиотечных специалистов из некогда братских республик, а ныне суверенных государств?

 

Возвращаясь к прошлому, тем не менее не хочу обелять деятельность советских оккупационных властей по вывозу немецких книг. Однако не могу не заметить, что их деятельность все же несоизмерима с той жестокостью и вандализмом, с которыми уничтожалась культура народов СССР Об этом особенно важно сказать сейчас, когда делаются попытки представить победителей сорок пятого бандой грабителей.

 

И здесь было бы любопытно сопоставить два документа. Первый из них -письмо сотрудника библиотеки имени Салтыкова-Щедрина В.С Люблинского, датированное мартом 1942 года: «Обязанность Германии возместить материальный ущерб, нанесенный ею и ее союзниками своим противникам в нынешней войне... опустошения, причиненные ею в области культуры, не подлежат сомнению». Говоря о возможных компенсациях книжных потерь СССР, В.Люблинский подчеркивал, что речь надо вести только об определенном проценте вывоза немецких книге «учетом максимально осторожного отношения к германским интересам» и без проявления «национального унижения».

 

Второй документ - показания доктора Нормана Ферстера, офицера 4-й роты батальона Кюнсберга, который попал в плен под Моздоком в феврале 1942 г. (Всего один месяц разделяет два этих документа.) «Богатые трофеи достались нам в библиотеке Украинской академии наук, редчайшие рукописи абиссинской, персидской, китайской письменности, русские и украино-русского первопечатника Ивана Федорова Из Харькова отправили в Берлин несколько тысяч книг в роскошных переплетах, остальные книги нами уничтожены» Комментарии, как говорится, излишни.

 

В различных публикациях приводится цифра 4 - 5 млн .книг вывезено из Германии на территорию СССР. Не будем сейчас сопоставлять эти данные с нашими потерями Давайте лучше отдадим должное немецким специалистам, ведущим поиск своих книг Немецкий народ может только гордиться людьми, заботящимися о культурном достоянии своей нации И уж, конечно, огромного уважения заслуживают исследователи из Бременского университета Восточной Европы, пытающиеся собрать данные об ущербе, нанесенном Германией нашим библиотекам.

 

Что же касается отечественных чиновников и исследователей, то они что-то не очень торопятся начать сбор данных по учету российских книжных потерь Видимо, опять не находят выхода из деликатной ситуации Ну, право, неловко как-то предъявлять счет тем, кто шлет помощь нашим библиотекам, кто отправлял к нам посылки с гуманитарной помощью Не помешает ли разговор о российских книгах установившемуся доброму сотрудничеству7 Не лучше ли все просто забыть и обменять немецкие книги на лишнюю тонну продуктов или на ЭВМ для тех же библиотек9 Хотя бы съездить в Германию в командировку за счет новых друзей Как не похожи наши чиновники на немецких Те ведь знают не только где и какие их книги находятся, но и сколько стоят они сегодня на мировом рынке, на крупнейших аукционах…

 

Думаю, что только в честном, открытом совместном диалоге специалис-больная проблема Пока же ситуация внушает большую тревогу С немецкой стороны несомненно, будут представ лены необходимые документы У нас на данный момент таких документов нет В этой ситуации односторонний процесс возврата трофейных книг неизбежен Но ситуацию можно изменить По моему мнению, книги должны обмениваться только на книги В случае отсутствия интересующего нас или немецкую сторону издания оно должно быть заменено равноценным по своей значимости изданием Установить ценность книги - дело экспертов.

 

Разыскать утраченные издания - наш долг перед памятью тех, кто под бомбежкой эвакуировал книги из библиотеки имени Салтыкова-Щедрина, перед теми, кто спасал их на оккупированной территории Иначе - горе тому народу, который забывает о своих корнях, о своей культуре В кратчайшие сроки обязаны мы собрать группу экспертов из России, Беларуси, Украины, Германии, задачей которой явилось бы создание банка данных, включающего в себя всю информацию о наших общих потерях Только тогда можно приступать к обмену книгами.

 

В декабре прошлого года Всероссийской библиотекой иностранной литературы был организован российско-германский «круглый стол» библиотечных работников посвященный проблемам трофейных книг Совместно принятое коммюнике намечает возможные варианты совместных действий Все это хорошо, однако в выступлениях немецких коллег насторожило одно они подчеркивали, что на территории Германии отсутствуют крупные книжные собрания, вывезенные из наших библиотек Думаю, что мы вправе задать вопрос где эти книги? Так или иначе вывезенные немецкие собрания мы сберегли.


Автор:  Александр Мазурицкий
Дата публикации:  1993-02-20 18:26:40
Источник:  Российские вести

Возврат к списку


© 2006—2019 Разработка и поддержка: ГИВЦ Минкультуры России