Пострадавшие музеи Cводный каталог утраченных ценностей Российской Федерации Поиск по Сводному каталогу

Книга 8. Зональная научная библиотека Воронежского государственного университета. Книги второй половины XIX века (Утрачено предметов - 581 )

Вступление
 

Панорама Воронежа. 1943 г.
Панорама Воронежа. 1943 г.
 
Развалины взорванного фашистами здания Воронежского 

государственного университет
Развалины взорванного фашистами здания
Воронежского государственного университета 
 
Развалины взорванного фашистами здания Воронежского 

государственного университет
Развалины взорванного фашистами здания
Воронежского государственного университета

В июльские дни 1942 г. немецкие армии заняли 30 районов западной части Воронежской области и правобережную сторону Воронежа. Так начинал устанавливаться оккупационный режим в Воронежском крае. Оккупация области происходила в период с 28 нюня 1942 г. по 30 января 1943 г. Сам Воронеж стал местом жестоких кровопролитных сражений. Гитлеровцам так и не удалось захватить город целиком, линия фронта проходила через сам город.

Как и в других крупных областных центрах России, воронежские культурные ценности стали объектами уничтожения и разграбления. В городе находились областная библиотека с многотысячным книжным фондом, уникальная по своему составу библиотека Воронежского университета, Музей изобразительных искусств, музей И. С. Никитина. В силу сложившихся обстоятельств все имущество Воронежского университета, включая богатейшие фонды его библиотеки, осталось в городе. «Поле деятельности» для представителей Штаба рейхсляйтера А. Розенберга, министра оккупированных восточных территорий, было весьма широким.

Книги из Воронежа в основном передислоцировались в Курск. Часть изданий направлялась непосредственно в Штаб Розенберга в Киев. В своем отчете от 5 января 1943 г. уполномоченный зондерштаба «Библиотеки» доктор Г. Ней упоминает о том, что в Киеве находится 7500 старопечатных книг из Воронежа. Эти издания были отобраны для Центральной библиотеки Высшей школы[1].

Воронежские книжные коллекции интересовали различные службы Штаба. Представители Главной рабочей группы «Остланд» обратились к штурмбанфюреру Георгу Антону, руководителю Главной рабочей группы «Украина», с просьбой о получении книг из Воронежа. В ответном письме Г. Антон сообщал о том, что отобрать запрашиваемые книги по искусству в библиотеках Воронежа невозможно, так как в городе идут бои, а обследование воронежских книг, находящихся в Курске, затрудняется различными причинами, и в первую очередь нехваткой персонала[2].

Руководство Штаба Розенберга обратило особое внимание на книги Воронежского университета. Осенью 1942 г. штурмбанфюрером Антоном было подписано Инструктивное письмо по обследованию фондов этой библиотеки. Возглавлял работы доктор Сколауде, в помощь ему направлялся доктор Г. Ней. Антон отмечал, что в Воронеже «обнаружены достойные внимания книжные фонды, которые были спасены вермахтом и отправлены в Курск». Перед Сколауде и Неем ставились совершенно конкретные задачи: 1) отбор фондов Дерптского университета, вошедших в библиотеку Воронежского университета, с помощью местных специалистов; 2) отбор материала из других фондов, представляющих интерес для Библиотеки Высшей школы и Восточной библиотеки; 3) отправка отобранных фондов обеих категорий в Киев[3].

В своем отчете, датированном 3 октября 1942 г., доктор Ней сообщал о том, что ознакомился с библиотекой Воронежского университета и общественной местной библиотекой (800 тыс. томов), доставленными в Курск. Им было отмечено, что фонды этих библиотек были перевезены частично, и «заурядная пропагандистская литература и беллетристика остались в Воронеже». В общей сложности в Курск было доставлено из Воронежа 700 тыс. томов в 11 железнодорожных вагонах. Книги были размещены в одной из школ Курска. Ней сообщал, что, после того как представители экономической команды проведут отбор литературы военно-экономического характера, сотрудники Штаба приступят к работе с фондами. Предварительный отбор, проведенный Неем, показал, что, помимо библиотеки Дерптского университета, книги ранее принадлежали духовной семинарии, Михайловскому кадетскому корпусу, Педагогическому институту, Дерптской женской гимназии и различным частным собраниям.

Особую ценность представляли издания XVI-XVIII вв. и начала XIX в. Экономической командой было отобрано 7 тыс. томов данной литературы. В свою очередь, Ней отобрал 1500 книг для Библиотеки Высшей школы и Восточной библиотеки, в том числе около 400 особо редких старых русских книг преимущественно исторического, географического и религиозного содержания. Из-за плохих условий хранения в Курске Ней предлагал направить самые ценные издания в Киев[4].

14 декабря 1942 г. доктор Сколауде также докладывал в Главную рабочую группу «Украина» о том, что по распоряжению генерал- лейтенанта Марзейля отдел пропаганды приступил к обработке книг, вывезенных из Воронежа. В письме он отмечал, что отдел пропаганды не имеет собственного интереса к воронежским фондам и собирается оказывать поддержку представителям Штаба. Сколауде сообщал о том, что им отбираются следующие категории книг из воронежских собраний:

- все книги со штемпелем университета Дерпта;

- все старые издания;

- все русские журналы;

- все русские книги по искусству, истории, этнографии, расоведению.

Для отдела пропаганды выделялись книги беллетристического характера. Обработка производилась с привлечением местных специалистов[5].

Почти месяц происходит просмотр и сортировка воронежских фондов. В результате констатировалось: «15 000 томов старых изданий отобрано для Библиотеки Высшей школы и Восточной библиотеки 6455 томов». Особо отмечалось, что большая часть старых изданий имеет кожаный переплет, красивые гравюры и экслибрисы. «Научную значимость этих книг для Высшей школы, для различных служб и институтов рейха не следует недооценивать, - писал Сколауде. - Библиографическая и антикварная, а следовательно, и материальная их ценность представляется весьма большой. Отбор книг Дерптского университета продолжается успешно»[6].

Почему же нацисты уделяли столь пристальное внимание книгам Воронежского университета? Это происходило не только из понимания ценности уникальной книжной коллекции, но и из необходимости решения определенных пропагандистских задач. Оккупационному режиму всегда хотелось представить себя поборником законности, защитником европейской культуры. Особые интересы нацистов, как известно, были связаны с Прибалтикой, среди жителей которой они активно стремились воспитывать пронемецкие настроения. Основываясь на просчетах советского руководства, сталинских репрессиях в Прибалтике, оккупационные власти представляли себя защитниками эстонцев, латышей и литовцев. Как известно, книги из Дерпта оказались в Воронеже во время Первой мировой войны, куда была эвакуирована библиотека Юрьевского (Дерптского) университета. Нацисты считали, основываясь на юридических документах, что нахождение этих книг в Воронеже незаконно.

Благодаря исследованиям, проведенным директором научной библиотеки Воронежского университета С. В. Янц, мы можем воссоздать достоверную картину событий относительно факта нахождения книг Дерптского университета в Воронеже.

Первые книги, положенные в основу формирования библиотеки университета, состояли из пожертвований русских ученых и научных учреждений России. Как уже отмечалось, книги Дерптского университета были перевезены в Воронеж во время Первой мировой войны. Спустя несколько лет правительство Эстонии обратилось с требованием возврата книг. Учитывая сложную ситуацию 1920 г., требования Эстонии не остались без внимания. В результате подписания мирного договора было определено, что Россия возвращает в Эстонию имущество, в том числе библиотеки, архивы, учебные пособия и прочие предметы Юрьевского университета. А. В. Луначарский в письме В. И. Ленину указывал, что 400 тыс. томов, которые предлагается возвратить в Дерпт, являются коллекцией русских изданий, и Наркомпрос протестует против полного возврата книг. С 19 ноября по 7 декабря 1920 г. в присутствии представителей Народного комиссариата иностранных дел, Воронежского и Юрьевского университетов были составлены акты по отбору и покупке книг для Воронежа. Были приобретены 48 рукописей, из них 12 - эпохи Екатерины II, рукописи К. М. Бэра. Позже был приобретен еще ряд редких изданий. Наряду с этим представителями Тартуского университета часть книг была передана Воронежскому университету.

 

АКТ

Am «24» August 1943 Einsatzstab Reichsleiter Rosenberg, vertreten durch Frau Dr. E. Maier und Herr H. Krulick, ubergab der Universitat Dorpat, und die Universitat Dorpat, vertreten durch Rector Prof. Edg. Kant und durch dessen Beschluss vom 30.7.43 bestimmte kommission, bestehend aus dern Leiter der Universitatshauptbibliothek Herrn Fr. Puksoo (Leiter der Kommision), Herrn E. Vigel als Vertreter des Genannten, und den MitgItedern herrn Prof. P. Haliste, dessen stellvertretender Hilfskraft Frl. L. Pintmann und dern Juriskonsult der Universitat Herrn A. Maaroos, hat empfangen in 51 Kisten befindlichen 4820 Bucher, unterdessen befanden

1) 2986 Bucher, die der ehemaligen Universitat, Jurjew gehort haben und zur Zeit des ersten Teltkrieges (1914—1918) bei der Evakuierung nach Russland gebracht worden sind und

2) 1834 Bucher, die der fruheren Universitat Jurjew nicht gehort haben.

Das Titelverzeichnis der Bucher ist dern vorliegenden Bericht beigefugt.

АКТ

24 августа 1943 года Оперативный штаб особого назначения рейхсляйтера Розенберга, представленный фрау доктором Э. Майер и господином Г. Крулик, передал Дерптскому университету, и Дерптский университет, представленный ректором проф. Едг. Кантом и утвержденной им 30/VII.43 г. комиссией в составе зав. Университетской библиотекой господином Фр. Пуксоо (председатель комиссии), господина Э. Фигеля - зам. председателя и членов господина проф. Р. Галисте, постоянного представителя вспомогательной команды фрейлен Л. Пинтманн и юрисконсульта университета господина Маароос, получил 51 ящик с находящимися в них 4820 книгами, среди которых:

1) 2986 книг, которые раньше принадлежали университету Юрьева, а во время Первой мировой войны (1914—1918) были эвакуированы в Россию, и

2) 1834 книги, которые раньше университету Юрьева не принадлежали.

Список книг прилагается.

Ubergeben durch die Vertreter des Einsatzstabes Reichsleiter Rosenberg:
(Dr. A. Maier, Obe reinsatzfuhrerin)

Empfangen durch die Vertreter der Universitat Dorpat:

(P. Kopp)
(K. Kullango)
(L. Pintman)
(A. Maaroos)

Передано представителями Оперативного штаба рейхсляйтера Розенберга:
(Д-р Э. Майер)

Приняли представители университета
(Р. Кепп)
(К. Кюланго)
(Л. Пинтманн)
(А. Маароос)[7]

 

Небезынтересно, что книги, перевезенные нацистами из Воронежа в Тарту (Дерпт) в 1943 г., принимал директор библиотеки университета Фр. Пуксоо. Он же занимался возвращением этой библиотеки в 1920 г. и великолепно знал, что книги были куплены Воронежским университетом.

Установление «справедливости», возвращение книг из Воронежа Дерптскому университету считалось делом огромной политической важности.

24 апреля 1943 г. немецкие оккупационные власти со всей присущей подобным актам помпезностью, с широким привлечением прессы устроили передачу книг из Воронежа Дерптскому университету. Было передано 2986 томов, ранее принадлежавших Юрьевскому университету, и еще 1834 книги иного происхождения.

Вручение книг проходило в торжественно украшенном актовом зале, в котором были собраны преподаватели и студенты, присутствовали Генеральный комиссар обер-группенфюрер Лицманн, оберфюрер СС Мёллер, представители Штаба Розенберга. Акт передачи сопровождался концертом[8].

Докладывая о передаче книг, руководитель Штаба генерал Утикаль отмечал, что при конфискации научной библиотеки погиб Бруно Сколауде. Этим он, видимо, хотел придать особую значимость событию, на самом же деле все было более прозаично: во время работ в Курске Сколауде заболел малярией и скончался в военном госпитале, вместо него в Курск был направлен Курт Деттман. «Героическая гибель» Сколауде при возврате библиотеки из Дерпта оказалась мифом[9].

Из отчетов доктора Нея можно сделать вывод, что, обследуя хранилище книг в Курске, он также имел определенное представление о библиотеках Воронежа. Он сообщал, что согласно регистрации 1930 г. в Воронеже должно быть 316 библиотек[10]. Ней пишет об общественной местной библиотеке[*], имеющей к началу войны 800 тыс. томов[11].

25 января 1943 г. Воронеж был освобожден частями 60-й армии под командованием генерала И. Д. Черняховского. Пепел пожарищ, руины, остовы зданий, развороченные мостовые, изуродованные улицы, взорванные заводы оставили после себя фашисты. Не было света, воды, тепла. Город, дымясь, лежал грудой развалин... Официальная справка об ущербе, причиненном немецко-фашистскими захватчиками Воронежу в период оккупации с 7 июля 1942 г. по 25 января 1943 г., приводит страшные цифры: из 20 тысяч жилых домов уничтожено и взорвано 18 277 зданий с жилой площадью 1237 тысяч квадратных метров; разрушено 64 километра трамвайного пути; городской коммунальный фонд уничтожен на 92%.

По акту, констатирующему ущерб, причиненный культурным ценностям города, составленному 2 февраля 1943 г., немцы сожгли городскую публичную библиотеку, Музей изобразительных искусств, Музей революции, уничтожили одно из старейших зданий Воронежа, памятник архитектуры, дом Тулиновых. В результате действий оккупационных войск был разрушен историко-краеведческий музей, все ценные экспонаты расхищены, а часть помещения первого этажа здания была превращена в конюшню. Старинный дом Екатерининской эпохи, в котором помещался музей, был обезображен до неузнаваемости.

Разрушению подвергся и дом-музей И.С.Никитина. Все стенды экспозиции были разломаны, а книги изорваны. Библиотека музея была частично уничтожена, часть книг была выброшена[12].

Погибла большая часть фондов библиотек Воронежского государственного педагогического и сельскохозяйственного институтов.

Отдельного разговора заслуживает факт уничтожения Воронежского государственного университета. 25 марта 1943 г. был составлен акт по осмотру остатков здания университета. Согласно этому документу было установлено, что главный корпус университета взорван фашистами при отступлении. Уничтожено и частично вывезено в Германию все оборудование кафедр, кабинетов и лабораторий многих факультетов. Полностью разрушены и уничтожены ценные фонды фундаментальной университетской библиотеки общим количеством до полумиллиона книг, в том числе целый ряд уникальных изданий и коллекция Геологического музея. Был сожжен биологический корпус ВГУ, в котором находилась личная библиотека и научный архив профессора К. К. Сент-Илера. Частично было взорвано и разрушено здание химической лаборатории, где также имелась своя библиотека[13].

После освобождения города ректорат Воронежского университета узнал о том, что часть фондов находится в Курске. Группа библиотекарей во главе с директором С. П. Оникиенко выехала в Курск с целью поиска своих изданий, но продолжающиеся боевые действия не позволили выполнить эту работу. Возвратить часть книг (7 вагонов) удалось лишь в 1944 г., причем среди найденных книг оказались фонды различных библиотек города.

Некоторые сведения об уроне, нанесенном библиотечной системе области, дают данные о библиотеках, относящихся к ведению Наркомпроса РСФСР.

По данным на 15 октября 1943 г., была уничтожена значительная часть библиотек системы Наркомпроса (Таблица №1).

Значительный урон был нанесен одной из старейших библиотек страны - Воронежской областной библиотеке. Она была основана в 1864 г. и незадолго до начала войны отметила свой 75-летний юбилей. По состоянию на 1939 г. ее фонд насчитывал более 600 тыс. томов[14]. На 1 октября 1943 г. в областной библиотеке имелось всего 5 тыс. книг; сто тысяч экземпляров ее фондов, обнаруженных в Курске, еще не были возвращены в город.

В Государственном архиве Воронежской области в результате воздушных бомбардировок и артобстрелов войсками нацистской Германии с 4 июня 1942 г. по 25 января 1943 г. оказались разрушенными 3 из 4 архивохранилищ. Находившиеся в них документы (примерно 626 тыс. дел за 1704-1941 гг.) погибли. В основном это были дореволюционные фонды. Неудивительно поэтому, что изданный в 1961 г. путеводитель по Государственному архиву Воронежской области свидетельствует об исключительной бедности в послевоенный период материалов по истории Воронежской губернии за период до 1917 г.

Государственный фонд литературы, как и в других регионах, принимал самое непосредственное участие в восстановлении библиотек области. К октябрю 1943 г. в регион были направлены книги для пополнения фондов областной, 3 городских, 15 районных библиотек[15]. К примеру, только усилиями томских библиотек и библиотекарей для Воронежа было собрано 20 тыс. книг и пять библиотек по тысяче томов для Воронежской области[16].

 

Таблица № 1

Библиотеки

Полностью разрушено

Разрушено от 25% до 75%

Областная библиотека

1
-

Городские библиотеки

2
5

Районные библиотеки

8
17

Сельские библиотеки

18
15

Детские библиотеки

8
-

Всего:

37
37[17]

 

Присланные книги сыграли большую роль в восстановлении библиотечной системы Воронежского края. Однако они ни в коей мере не смогли восполнить тот неоценимый ущерб, который был нанесен богатейшим книгохранилищам области в период фашистской оккупации.

Огромную работу по восстановлению библиотеки Воронежского университета проводят его сотрудники во главе с директором С. В. Янц, неоднократно подчеркивавшей заинтересованность в сотрудничестве по решению проблем перемещенных культурных ценностей с любыми лицами, готовыми предоставить любую информацию о находящихся в фонде изданиях и об утраченных книгах из фонда. Однако трудная и длительная переписка и переговоры по возвращению книг из Тартуского университета так и не увенчались успехом, несмотря на наличие акта передачи книг в Тартуский университет Оперативным штабом. Коллеги из Тарту ссылаются на отсутствие у них описи и считают, что это не столь уж ценные издания.

Ситуация с замалчиванием судьбы «трофейных» книг привела к тому, что до сих пор нет полной информации о том, что утрачено и что поступило из других библиотек[18].

Тем не менее, сотрудники библиотеки Воронежского университета, как и все библиотечные работники России, уверены, что только совместные усилия могут привести к положительному результату и взаимопониманию в решении столь сложных и деликатных вопросов утраченных культурных ценностей.


А.М. Мазурицкий, И.Г.Матвеева, Г.В.Михеева



[*] Имеется в виду Воронежская областная библиотека.



[1] ЦГАВОУ. Ф. 3676, оп. 1, д. 136. Л. 237-241.

[2] Там же. Д. 144. Л. 90.

[3] Там же. Д. 11. Л. 59-62.

[4] Там же. Л. 63-69, 71 об.

[5] Там же. Л. 54-56.

[6] Там же. Л. 43-45.

[7] Там же. Д. 144. Л. 477-478.

[8] Там же. Д. 136. Л. 91-96.

[9] Там же. Д. 11. Л. 30-40.

[10] Видимо, в это число входили все библиотеки города, включая книжные собрания различных ведомств, учебных заведений, предприятий.

[11] ЦГАВОУ. Ф. 3676, оп. 1, д. 11. Л. 63-79.

[12] Воронежская область в Великой Отечественной войне. Воронеж, 1948. С. 163-168.

[13] ГАРФ. Ф. 7901, оп. 1, д. 153. Л. 76.

[14] Бадьин А. И. 75 лет Воронежской публичной библиотеке. Воронеж, 1939. С. 46.

[15] ГАРФ. Ф. 2306, оп. 69, д. 3563. Л. 22.

[17] Воронежская область в Великой Отечественной войне. С. 160.

[18] Янц С. В. Перспективы сотрудничества библиотеки Воронежского университета по восстановлению фондов библиотек [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://www.libfl.ru/restitution/conf/janz_r.html

 

Пояснения к каталогу
 

Очередной выпуск 11-го тома справочно-информационного издания «Сводный каталог культурных ценностей, похищенных и утраченных в период Второй мировой войны» открывает серию томов, посвященных сведениям о книжных утратах Воронежа. В этом выпуске отражены потери ценнейшей библиотеки Воронежского университета - иностранные издания XVI - второй половины XIX в.

Структура настоящей книги в значительной мере определяется характером представленного материала. Вслед за предисловием, характеризующим в целом потери библиотек Воронежа и Воронежской области и основанным на печатных и архивных источниках, следует перечень иностранных изданий, утраченных библиотекой Воронежского университета в период Великой Отечественной войны. Не следует забывать о том, что это лишь малая часть книжных утрат этой уникальной библиотеки.

Сведения о книжных потерях для настоящего тома основываются на данных из трофейных немецких архивов, прежде всего на материалах из архива Оперативного штаба «Рейхсляйтер Розенберг», предоставленных в свое время составителям Департаментом по сохранению культурных ценностей Министерства культуры Российской Федерации. Изначальные списки, предоставленные в наше распоряжение, носят характер обрывочных сведений со множеством ошибок и опечаток, зачастую заглавия изданий на иностранных языках переведены на русский язык, фамилии авторов искажены. Сами списки предваряются штампами тех библиотек, чьи книги в свое время входили в состав университетской библиотеки Воронежа и были утрачены в период Второй мировой войны.

Описания в настоящем томе сгруппированы в прямой хронологии, в пределах одного года - в алфавите авторов.

Как и в предыдущих выпусках, изначальные списки, предоставленные в распоряжение составителей, требовали проверки и уточнения ряда сведений. В Российской национальной библиотеке была проведена кропотливая и сложная работа по библиографической идентификации и уточнению сведений об утраченных библиотекой Воронежского университета изданиях. При этом использовался весь круг доступных справочных средств и изданий: каталоги, картотеки и фонды Российской национальной библиотеки, национальные библиографические указатели, отраслевые и ведомственные справочные и библиографические издания. Через Интернет осуществлялся поиск сведений об изданиях в банках данных библиотек всех континентов, немаловажные сведения удалось получить, в частности, из каталогов Консорциума крупнейших европейских библиотек.

В результате сложнейшего библиографического поиска стало возможным идентифицировать подавляющее большинство утраченных изданий. Составители отдают себе отчет в том, что в списках могут оказаться отдельные неточности. При решении вопроса о включении сведений в число потерь каждый раз приходилось проводить серьезную аналитическую работу, консультироваться с ведущими специалистами-книговедами и историками для принятия компетентного решения.

Наглядной иллюстрацией, раскрывающей работу составителей и редактора, могут служить приведенные начальные и окончательные сведения фрагментов списка потерь библиотеки Воронежского государственного университета, отраженных в настоящей книге.

 

Сведения из отчета Г. Нея:

Сувенир греческой маркизы. 1835.

Wiebecking, С. F. Beitrage zum praktischen Wasserbau und zur Maschinenlehre. 1792.

de Labradore, L. Le Parthenon. 1848.

Henke, W. Die Gruppe d. Laokoon...

Willkom, M. Index plantorum vascularium. s. a.

Sanio, C. Nachtrag zu dem Artikel «Die Gefase kryptogamen u. Characeen der Flora von Lyck in Freussen»

 

Уточненные составителями описания:

Crequy, Renee Caroline Victoire de Froulay. Souvenirs de la marquise de Crequy, 1710 a 1800. - Paris, 1835.-T. 5-7; 8°.

Wiebeking, Carl Friedrich von. Beitrage zum praktischen Wasserbau und zur Maschinenlehre / von C. F. Wiebeking. -Dusseldorf: Danzer, 1792. - XI, 223 S., 5 Kt. ; 8°.

Laborde, Leion Emmanuel Simon Joseph de, marquis. Le Parthenon. Documents pour servir al une restauration, reiunis et publieis par L. de Laborde. - Paris, 1848. - 3 liv.

Henke, Philipp Jacob Wilhelm. Die Gruppe des Laokoon, oder uber den kritischen Stillstand tragischer Erschutterung. - Leipzig und Heidelberg, 1862. -79 S., Taf.

Willkomm, Mauritius (Moritz). Index plantarum vascularium quas in itineres vere 1873 suscepto in insulis Balearibus, legit, et observarit // Linnaea. - 1876.-Vol. 40.-P. 1-134.

Sanio, Carl Gustav. Die Gefasskryptogamen und Characeen der Flora von Lyck in Preussen // Verhandlungen des Botanischen Vereins fur die Provinz Brandenburg und die angrenzenden Lander [Verhandlungen des Botanischen Vereins der Provinz Brandenburg]. -Berlin-Dahlem: Verein, 1882. - Bd. 23. - S. 17-29.

 

На последнем этапе работы все библиографически уточненные и систематизированные списки были направлены в библиотеку Воронежского университета. Только проверка на местах и подтверждение, что каждое из включенных изданий действительно было утрачено в период Великой Отечественной войны, служили основанием для отражения библиографической записи о нем в настоящем каталоге.

Библиографические описания изданий, включенных в списки потерь, выполнены в соответствии с действующим в нашей стране ГОСТом по библиографическому описанию документов и уточнениями на основе разработанных ведущими специалистами Российской национальной библиотеки инструктивно-методических материалов по описанию старопечатных иностранных изданий. Дополнительные сокращения в таких описаниях не использовались.

В библиографической записи составители отражали все особенности конкретных утраченных изданий: любые сведения о пометах, штампах, инвентарных номерах, переплете. Только такие сведения могут оказать неоценимую помощь при точной идентификации каждого конкретного утраченного экземпляра.

Списки изданий сопровождаются иллюстративным материалом, характеризующим конкретные утраченные издания. Иллюстрации выполнены в Российской национальной библиотеке на основе имеющихся в ее фондах редких изданий. Иллюстрирование проводилось только при абсолютной идентификации имеющихся изданий с теми утратами, которые понесла библиотека Воронежского университета. Ограниченные рамки каталога не позволили проиллюстрировать все издания, кроме того, в фондах даже такой библиотеки, как Российская национальная, нет значительного числа изданий, утраченных библиотекой Воронежского университета. Это еще одно свидетельство ценности и невосполнимости книжных потерь библиотек России.

В настоящее время ведется работа над последующими выпусками данного тома, посвященными огромным потерям библиотеки Воронежского университета.

Работа по выявлению книжных потерь нашей страны, по сути, начинается на современном этапе заново с использованием принципиально новых подходов: от обобщенных данных о разрушениях к поиску конкретных утраченных изданий.

Хотелось бы надеяться, что выход в свет настоящего каталога не оставит равнодушным библиотекарей России как из других регионов, утративших свои книжные ценности, так и из регионов, не подвергшихся оккупации. Возможно, кто-то еще располагает какими-либо сведениями о разыскиваемых потерях или дублетными экземплярами изданий, утраченных библиотекой Воронежского университета. Существуют возможности использования копировальной техники, электронных версий, компакт-дисков. Мы хотели бы призвать к конструктивному диалогу и наших зарубежных коллег. Только путем взаимовосполнения утрат в наших библиотеках мы можем ликвидировать в той или иной степени последствия войны, всегда опустошительной и безжалостной к книжным ценностям. Кто знает, может быть наши общие усилия, направленные на восстановление наших конкретных библиотек, будут именно тем важным условием невозможности повторения ужасов войны в будущем.

  
Г. В. Михеева



Принятые сокращения

г. — год, город;

ГАРФ — Государственный архив Российской Федерации;

д. — дело;

им. — имени;

л. — лист;

Наркомпрос — Народный комиссариат просвещения РСФСР;

оп. — опись;

с. — страница;

ф. — фонд;

ЦГАВОУ — Центральный государственный архив высших органов власти и управления Украины;

экз. — экземпляр.

 

Перечень утраченных книжных ценностей из Зональной научной библиотеки Воронежского государственного университета[*]
 

Сведения о печатях, штампах и других опознавательных пометах на книгах из Зональной научной библиотеки Воронежского государственного университета
 




[*] Сведения о потерях предоставлены Зональной научной библиотекой Воронежского государственного университета на основании данных из «Аннотированного перечня Оперативного штаба рейхсляйтера Розенберга», «Акта 1920 года о покупке Воронежским университетом книг Тартуского университета» и инвентарных книг библиотеки за 1934—1935 гг. Значительная часть изданий, включенных в список, может иметь печати и штампы Дерптского университета, а также библиотек различных институтов.


© 2006—2019 Разработка и поддержка: ГИВЦ Минкультуры России